Хроники Придайна

— Что? — вскричала Эйлонви, — Да не желаю я быть принцессой! А поскольку я уже молодая леди, как вы только что сказали, то уже поздно вести меня на веревочке. Я и сама умею вести себя! Это все равно что учить рыбу плавать."

"— Гм, — улыбнулся в усы Даллбен, — никогда не видел рыбы со сбитыми коленками, в рваном платье и босой. Да, хороша была бы рыбка, будь она похожа на тебя! — Он ласково потрепал девушку узловатой рукой по плечу — Эх ты, дитя. Время меняет нас. Но запомни: у каждого есть свой срок. Не пропусти его.

— Не волнуйся. Принцесса Эйлонви доберется до Моны благополучно, — отвечал Тарен. — С нами она будет в безопасности.

— А вы, — сказал Даллбен, — благополучно возвращайтесь, я не успокоюсь, пока не увижу вас снова.

Он опять обнял Эйлонви и быстро скрылся в хижине.

Было решено, что Колл проводит их до гавани Великой Аврен и приведет назад лошадей. Крепкий старый воин уже сидел на лошади и терпеливо ждал. Гурджи, встряхнув кудлатой головой, оседлал своего пони и мрачно, будто больная сова, поглядывал по сторонам. Карр, прирученная ворона, уселась на луку седла позади Тарена. Никто не произносил ни звука. В полной тишине Тарен помог Эйлонви взобраться на спину Ллуагора, ее любимой лошади, и натянул поводья своего серебряногривого коня Мелинласа.

Оставив позади Каер Даллбен, маленький отряд двинулся через гряду пологих холмов к долине реки Аврен. Впереди всех бок о бок ехали Тарен и Колл. Карр тем временем переместилась к Тарену на плечо.

— Она последнее время не умолкала ни на минуту, — улыбнулся Тарен. — Без нее в Каер Даллбен будет потише.

— Будет, будет, — печально подтвердил Колл.

— И беспокойства меньше. Она вечно попадала то в одну дурацкую историю, то и другую.

— И это тоже, — подтвердил Колл.

— Да, да, все к лучшему, — не унимался Тарен.

— Очень верно, — сказал Колл, глядя на бледные в утреннем тумане холмы.

— Мне будет ее не хватать, — вдруг выпалил Тарен, сердито насупившись.

— А ей ты это сказал?

— Н-нет… не совсем, — пролепетал, заикаясь, Тарен. — Наверно, я должен был. Но… но каждый раз, когда я начинал разговор об этом… я чувствовал себя как-то странно.