Хозяйка лавки потерянных вещей. Улыбка гремлина (СИ)

– Возмутительная ложь! – закричал в ответ старейшина, почти задыхаясь от гнева.

Некоторое время понадобилось для того, чтобы все успокоились. Агата лишь наблюдала за участниками беседы, размышляя об услышанном.

– Вернемся к мистеру Фарли, – продолжила она, когда все замолчали. – Вы сказали, что господин Эрбар приказал убить его и мистера Ньюмана, так как дело продвинулось слишком далеко и он боялся, что его могут раскрыть. Все верно?

– Почти, – сказал гремлин, вздыхая. – Когда я убил Марию, то не нашел в ее вещах дневника.

Эрбар велел найти его во что бы то ни стало. Тогда я решил пойти в управление, надеясь, что они выведут меня на след. Так и вышло. Когда я вошел в вашу лавку, то ощутил его. А потом…

– А потом вы решили, что от дознавателя и его начальника можно избавляться, – продолжила за него Агата.

– Я ничего не решал! – Тадеуш нахмурился. – Эрбар приказал мне сделать это! Я должен был убить их и уничтожить любые упоминания об исследованиях и Даласах!

– Конечно, артефакт. Как я могла забыть, – Агата серьезно кивнула.

Тадеуш сразу расслабился и зубасто улыбнулся. И в тот же миг у стола подломилась ножка. Не зря говорят, что, когда гремлин улыбается, все вокруг ломается. – Только во всем этом есть одно большое но, мистер Тадеуш.

Гремлин посмотрел вопросительно, явно не понимая, что не так.

– На гремлинов артефакты ментального подавления не действуют, – закончила она.

В комнате воцарилась тишина.

Агата видела, как с лица гремлина медленно сползает улыбка. На ее месте показался оскал.

Без лишних слов Тадеуш прыгнул вперед, явно намереваясь вцепиться когтями ей в лицо.

Агата не стала ждать, пока это произойдет, – она щелкнула пальцами, и время остановилось.

– Нельзя быть таким нервным, – посоветовала она, поднялась и подошла к зависшему в воздухе Тадеушу.

Затем Агата достала из прихваченной сумочки черную веревку и принялась связывать гремлина. Механизмы вроде наручников и различные артефакты сдерживания на него не действовали, зато веревка, сплетенная из волос черного единорога, была ему неподвластна.

Единороги в этом мире были реальностью. Если белые генерировали магию, то черные ее поглощали. Для магического существа не имелось более надежных оков, чем подобная веревка.

Закончив связывать Тадеуша, Агата достала небольшой флакон и капнула прямо в пасть гремлина пару капель зелья. Потом пошевелила запястьем, и время возобновило свой бег. Гремлин в тот же момент рухнул прямо ей под ноги.

Агата вздохнула, ощущая слабость.