Хозяйка лавки потерянных вещей. Улыбка гремлина (СИ)

– Простите, но… – медленно выдохнув, она облизнула кончиком языка резко пересохшие губы и только усилием воли заставила себя смотреть прямо, не отводя взгляда, – я совсем не помню. У меня были дела. Дневник передали так быстро, что я не успела ничего рассмотреть.

Аластер нахмурился и, откинувшись на спинку дивана, удрученно качнул головой.

– Жаль, – признался он, опуская взгляд на дневник в своих руках. Хотя, признаться, ему хотелось и дальше смотреть на чуть взволнованное лицо Агаты. Особенно внимание привлекали покрасневшие и блестевшие от влаги губы.

– Простите, – Агата вздохнула, внутренне поморщившись. Ей не нравилось врать. И почему на Ньюмана не действовала магия лавки? Почему он продолжал задавать эти вопросы?

– Все в порядке, – Аластер махнул рукой и открыл дневник.

На первой странице разными почерками было выведено два имени.

Эндрю Далас и Касандра Далас.

– Вы будете читать прямо тут? – отвлек его от чтения голос Агаты.

Подняв рассеянный взгляд, Ньюман моргнул, а затем вскочил на ноги.

– Простите, что отвлекаю вас. Я немедленно уйду.

– Нет! – Агата тоже поднялась. Протянув руку, она положила ее на предплечье Аластера и слегка сжала тонкие пальцы. – Вы совсем не мешаете, господин дознаватель. Этот диван в вашем полном распоряжении. Хотите чаю?

Такая резкая смена темы озадачила.

– Я не смею…

– Я настаиваю, – Агата подтолкнула его к дивану. – Не заставляйте меня беспокоиться. Еще недавно вам было плохо. Я буду волноваться, если вы уйдете сейчас.

Ньюман хотел сказать, что с ним все хорошо, но передумал. Ему и самому не хотелось уходить.

Загадочный дневник наконец попал ему в руки. Он обязан был прочитать его как можно скорее. Да, все верно. Он хотел остаться исключительно потому, что желал как можно быстрее узнать, что написано на чуть пожелтевших листах. Никакой другой причины однозначно не было.

– Если вы настаиваете, – согласился он, возвращаясь на диван.  Наградой была ослепительная улыбка, от которой у него снова сдавило грудь.

Тревожно сглотнув, Ньюман опустил взгляд и принялся торопливо листать старый дневник. Работа, работа, он должен сосредоточиться на работе!

Записи представляли собой нечто хаотичное. Какие-то рисунки, формулы, схемы и текстовые записи. Ньюман не обладал необходимыми знаниями, чтобы расшифровать их, особенно в ступор его вводили различные формулы и математические уравнения.