Хозяйка лавандовой долины (СИ)

Антуан писал, что ниточки дела, затрагивающие интересы одного известного нам усатого господина, привели его в столицу. Он обещал вернуться, как только всё выяснит, велев мне ни при каких обстоятельствах не выходить за пределы крепости.

С капралом Эрихом он был уже знаком и дал тому указания, касаемые моей охраны. Мне была приятна забота Антуана. Я уже начинала подумывать, что ничего не теряю, приняв его предложение подумать о дальнейшей совместной жизни.

Нарина сильно расстроилась, узнав, что Антуан отправился в столицу, но увидев на ужине новое мужское лицо, тут же позабыла все печали.

Наша компания переместилась в гостиную. Мы мило беседовали, капрал рассказывал о своей службе и разговор сам собой коснулся прибывшего с ним сослуживца.

— Что с ним случилось? Его лицо… он был ранен? — не удержалась я от вопроса.

— Сержант Андре? Никто точно не знает, что с ним произошло. Мой отряд тогда выдвигался к границе, мы нашли Андре в лесу, чуть живого, в одном нательном белье. Думали — не выживет! Но парень оказался крепким, одна беда: он ничего не помнит, даже своего имени. Поэтому я назвал его в честь своего погибшего младшего брата.

— И вам не удалось узнать, кто он и откуда? — меня так поразил рассказ капрала, и судьба этого неизвестного мне парня.

— Нет, ничего, кроме одного — Андре когда-то владел магией, но его искру затушили, явно специально, чтобы он не смог сам себя вылечить. Есть артефекты, что могут заблокировать магический источник, они запрещены, но на чёрном рынке можно достать что угодно. С ним явно рассчитывали покончить раз и навсегда!

— Значит он, скорее всего, из обеспеченной семьи?

— Вероятно, — пожал плечами капрал, — но его так никто и не искал, сами понимаете — война! Магическую блокировку можно снять, но, ни каждый целитель за это возьмётся, к тому же это будет стоить огромных денег, а откуда они у простого вояки?

Андре отличный солдат и хороший человек, он стал мне верным другом, поэтому, когда предложили это место, я взял его с собой.

— Какая грустная судьба, — вздохнула Нарина.