Хозяйка лавандовой долины (СИ)

— Брр, бред какой! — я мотнула головой, отгоняя странные видения.

Но то, что с изучением бумаг нужно ускориться — это факт! Что же такого подозрительного мне показалось в том дневнике? Вот Дэвид Тирсо пишет, что на рудниках всё спокойно, добычу кристаллов планируется увеличить, ведь барон влюбился и подумывает о свадьбе.

Вот именно — о свадьбе! А потом записи резко прерываются и возобновляются уже через три года. Там Дэвид описывает рождение своего первенца и ни слова о рудниках, зато на каждой странице восторженные строки о его любимой супруге Виктории.

Виктории… Виктории!

Я сорвалась в места, подбегая в висевшей у меня в кабинете карте, предварительно не забыв запереть дверь на внутренний засов. Отсчитав нужное количество камней в кладке, я нажала на один из них, открывая тайник.

Виктория — именно так были подписаны хранившиеся в тайнике письма. Мысленно извинилась перед автором посланий и аккуратно развернула первый свиток.

Я просидела в кабинете до самого вечера, пропустив даже ужин.

К вечеру у меня уже вырисовалась примерная картинка происшедшего.

Виктория оказалась не простой барышней, а настоящей Тюрской княжной. В письмах она сокрушалась, что её дядя, Тюрский князь, не даёт случиться её счастию — быть вместе с любимым Дэвидом. Тюрский князь был отнюдь не дураком, за свою племянницу он попросил не что иное, как ланзанитовые шахты.

Теперь я знала, где искать и, вывалив на стол документы, которые успела перенести сюда из сундука и, слава Богу, держала под замком, нашла всё, что касалось не только выпавших из дневника трёх лет, но и прихватила на год раньше.

Бумаги лежали на столе, на диване и даже на полу, согласно написанным на них датам. Сопоставив записи, я поняла, что на прииске резко возросли закупки оборудования для копки шахт. Одновременно выросла оплата шахтёров. Дэвид явно копал шахту и вероятно даже не одну.

Когда в окошко кабинета заглянул жёлтый глаз луны, я уже поняла, какую аферу он сумел провернуть.

Помимо Тюрского князя интерес к богатым приискам стал проявлять сам правитель страны. Слишком уж Тирсо поднялись, своими доходами соперничая с королевской казной.

С одной стороны дядя любимой женщины — с другой стороны сам правитель, Дэвид оказался сразу между двух огней. Но он придумал некий план, который помог ему выйти из этой истории победителем.