Хозяйка кафе при академии магии

Уж не знаю, с возрастом учитель стал ворчуном или всегда носил маску вечно недовольного брюзги. Его аура и энергетическая структура красноречивее любых слов: учитель мне рад и слегка встревожен. Слега — это обнадёживает. Значит, учитель заметил проблему, и она не настолько серьёзна, чтобы принимать меры немедленно.

Учитель достаёт из кармана ключ, отпирает входную дверь квартиры, первым входит и, не оборачиваясь, бросает:

— Долго тебя ждать?

Получив своеобразное разрешение, я вхожу следом.

— Спасибо, учитель.

— Как облопоушился, так и прибежал.

— Учитель…

— Да уж помолчи и иди в комнату.

Любимое кресло учителя я знаю. Встаю из расчёта, чтобы, когда учитель сядет, ему было удобно рассматривать мою ауру.

Учитель гремит посудой на кухне, и я смиряюсь с ожиданием. Я действительно допустил ошибку, пропустив «южную пряную симфонию», так что отношение к себе как к провинившемуся заслужил. Долго ждать учитель не заставляет, приносит чашку с посыпанным ванилью горячим шоколадом, усаживается.

Свет его глаз становится ярче. Я ощущаю прикосновение его магии.

— Янер, не хочешь мне объяснить, почему во внешнем слое твоей ауры чужая энергия? Очень странная энергия…

Учитель подтвердил мои догадки. Я бы в любом случае беспокоился о девушке, с которой провёл ночь, но я бы не сходил с ума от беспокойства. Из-за магии же Ася воспринимается как кто-то очень близкий. Т-с-с, слияние аур — куда уж ближе?!

— Признаться, понятия не имею.

— Кхм? Янер, вроде бы и не врёшь, но я нюхом чую, что-то ты недоговариваешь.

Справедливо: раз я ищу помощи, я должен рассказать всё. Или уйти.

Но, демоны, как же трудно! Стыдно не за ошибку, а за то, что она позорно глупейшая.

— Я был в гостях и не опознал «южную пряную симфонию», учитель.

— М?

Почему-то про Асю говорить ещё труднее, слишком… личное.

Учитель продолжает за меня:

— Ты потерял над собой контроль. Дальше, Янер.

— Я успел уйти из столовой, в коридоре меня окликнула девушка, и я…

— Понятно, — учитель мрачнеет.

Он решил, что я…? Меня аж передёргивает.

— Нет! Учитель, клянусь, я ничего ей не сделал! Точнее… Я прижал её к стене, но больше — ничего. Я почти сразу отстранился и сказал ей уйти.

Учитель удовлетворённо кивает, обдумывает мои слова, а затем уточняет:

— А она?

— Я очень смутно помню, что происходило, но отчётливо помню, меня поразило — она не испугалась нападения. И уходить она отказалась. Учитель, она меня успокаивала. Я имею в виду мою магию.