Хозяйка ювелирной мастерской

Голос ягуара дрогнул от бессильной ярости, и он полоснул когтями по паркету, вспарывая ни в чём не повинное дерево...

– Мигель! – рявкнул саванши. – Всем больно это вспоминать, но пощади мой панцирь!

– Прости..., – муркнул призрак, – забылся...

Фамильяр замолчал и комнате повисла гнетущая тишина, нарушаемая лишь тихим потрескиванием камина. Все дружно осмысливали его последнюю фразу...

– Вы подозреваете Стражей в убийстве моих родителей? – севшим голосом спросила я.

– Не сам Орден, – покачал головой ягуар, – а одного из отступников.

– Разве присяга на Северной границе не является гарантией...

– Мы говорим о разных вещах, – прервал меня Мигель, – клятва в Ночь Памяти действительно гарантирует, что, совершив преступление, отступник потеряет Силу, дарованную ему Богами. Но уникальные знания и магия Танцора всё равно останутся при нём. Поэтому Орден безжалостно расправляется с предателями, но...

– Кому-то удалось сбежать? – догадалась Лалли.

– Во время восстания, случившегося двадцать шесть лет назад, погибло пятнадцать отступников, – тихо сказал призрак, – но троим зачинщикам удалось сбежать.

– Они выкрали из архивов Ордена только карту? – уточнил Родгер.

– Не знаю, – ответил ягуар, – раненый Страж, которого Ханна обнаружила в межмирье, успел рассказать только это и отдать вашей матери Слезу.

– О каком Страже речь? – встрепенулась я.

– Он мёртв, – прервал меня Мигель, – Ханна нашла его, перемещаясь в Тиерру. Бедняга пытался восстановить Силы, телепортировавшись к месту пересечения нитей, но раны были слишком серьёзными. Почувствовав в вашей матери наследницу Творца, он рискнул рассказать ей правду и отдать Слезу, которую выкрал из сокровищницы до того, как туда проникли отступники.

– Как я понимаю, на выходе Страж как раз встретился с бунтовщиками? – нахмурился Родгер.

– Не знаю подробностей, – покачал головой Мигель.

– И я, – добавил саванши, – помню только как ваша мать выскочила из портала вся в крови, прижимая к груди шкатулку... как они спорили с Доминико, и как ваш отец сказал, что нельзя оставлять артефакт в целом виде, ведь отступники могут найти его по магическому фону.

– Значит, амулет разобрал на части именно Доминико? – уточнил Родгер.