Хозяйка ювелирной мастерской

Перед глазами тут же заплясали лиловые искры Дара, и я вслепую потянулась к шкатулке. Выискивала её на ощупь, как шаяллу, ориентируясь лишь на свои ощущения.

Провела ладонями над ней и, почувствовав лёгкое покалывание в пальцах, опустила ладони ниже, едва касаясь бархата.

И брошь... отозвалась!

Даже через шкатулку наша магия сплеталась, подчиняя амулет и изменяя печать матери на мою. Артефакт Танцора вторил броши, откликаясь на каждую вспышку Силы. Впитывал чужую энергию, становясь сильнее.

Не знаю как я поняла, что брошь и коньки усиливают друг друга. Но эта мысль эхом пульсировала в голове, словно амулеты сами нашёптывали её, подсказывали, что делать дальше.

И я внимательно слушала их, чутко реагируя на все изменения. Осторожно усиливала магический поток, вливающийся в шкатулку до тех пор, пока не услышала громкий щелчок.

– Получилось! – восторженно пискнула фейри.

Открыв глаза, я наткнулась на ошарашенный взгляд Лалли и довольную улыбку Родгера.

– Умница! – искренняя похвала дракона была подобна пушистому пледу. От неё на душе сразу стало тепло, а настроение улучшилось.

Кажется, я потихоньку привыкаю к магии и этому странному миру!

– Ну, откройте-е-е-е! – нетерпеливо потребовала Лалли.

Прозрачные, как у стрекозы крылышки возбуждённо трепыхались, и от этого на стол осыпалась мерцающая пыльца.

– Что это? – недоумённо спросила я, восхищаясь увиденным.

– О-о-о-о! Очень редкий и дорогой ингредиент, – хихикнула фейри, взмахом руки собрав всё богатство в шёлковый мешочек, – за него многие зельевары душу продадут.

– Шантаж? – рассмеялась я.

– Ни в коем случае! – с притворным возмущением фыркнула Лалли. – Всего лишь обмен. Вы удовлетворяете моё любопытство, а я ваше. Тем более, по глазам вижу, что вы тоже хотите увидеть брошь!

Хочу, безумно хочу, хоть и немного боюсь... но, отступать поздно!"

"Собравшись с духом, я осторожно приоткрыла шкатулку.

– А где брошь? – недоумённо спросила я. – В реестре значилась именно брошь!

Родгер не ответил, молча провёл ладонью над артефактом, проверяя его свойства. Но тот лежал смирно, не подавая признаков жизни.

Обидно...