Хочу тебя в жены

- Тогда не нужно ничего откладывать, - прочищаю горло. – Сделаем это быстрее. Если вдруг станет совсем плохо и больно, ты же прекратишь?

- Не будет ни «плохо», ни «больно», - произносит с расстановкой. – Просто новые ощущения. Непривычные. Узнаем, нравится тебе или нет.

- А тебе? – спрашиваю и сразу понимаю, насколько дурацкий вопрос задала.

- Мне с тобой понравится все.

Амир шлепает меня пониже поясницы. Электрический разряд мигом прошибает тело насквозь. Я не вполне представляю, как сумею получить удовольствие от подобного вида сексуальных утех.

Но мысль о том, чтобы именно этот мужчина стал моим первым везде и во всех смыслах, очень сильно возбуждает. А еще интересно лишиться девственности после того, как я два раза родила.

Развязываю халат, отбрасываю в сторону, подхожу к дивану и забираюсь на упругую поверхность. Встаю на колени, наклоняюсь вперед, опираюсь на локти. Прогибаюсь в пояснице, выставляя попу назад.

- Давай, - выдаю, лихорадочно облизывая пересохшие от волнения губы.

– Начнем поскорее.

Диван пружинит под тяжестью мощного тела.

Я инстинктивно содрогаюсь. Трепет разливается под кожей. Ощущение, словно горячие иглы вонзаются в плоть.

- Нет, - говорит Амир. – Так не пойдет.

Переворачивает меня. Распластывает на спине. Действует четко и уверенно. Властно. Как законный хозяин моего тела. Нависает сверху. Широко ухмыляется, прожигает тяжелым взглядом.

- Я тебя трахать хочу, а не пытать, - хрипло бросает он."

"И обрушивается на меня, будто ураган. Покрывает поцелуями горло.

Втягивает кожу в рот, прикусывает. Опускается ниже к груди. Сжимает соски зубами. Дразнит, удерживая на острой грани боли и возбуждения. Движется дальше. Скользит языком по животу, после коленом раздвигает мои лихорадочно дрожащие ноги. Приступает к очень непристойным вещам, водит по самому краю, пробуждает внутри тягучие спазмы.

Я выгибаюсь. Глаза закатываются. Даже если веки плотно смежены, продолжаю видеть звездное небо. Ярче и ярче. Утробный стон вырывается из горла.

Плоть пылает.

Амир доводит меня до исступления порочными ласками. Не ведает ни стыда, ни смущения, оголяет самую суть. После снова нависает сверху, накрывает тенью.

Громадный. Жестокий. Мой.

Веду пальцами по массивной груди, по до жути твердому торсу. Обхватываю ладонью одеревеневший член. Поглаживаю закостеневшую плоть. После продвигаюсь дальше. Дотрагиваюсь до потяжелевших яиц.

- Тормози, - отрывисто заявляет Амир.

Подхватывает меня за бедра.