Хочу тебя в жены

Мало тебя трахал. Много свободы дал.

- Амир, - глазищами сверкает, по щеке пальцами ведёт. - Ты так ничего и не понял.

- А что я должен был понять?

Срываю рубашку. Ближе ее чувствовать хочу. Телом к телу. Голой кожей. Хочу реально пометить. Потом и семенем пропитать, под завязку закачать.

- Она тебя любила, - шепчет. - Очень любила.

- Чего?

- Твоя Мари.

- Ты здесь, - прижимаюсь к ней, толкаюсь вперёд.

- Я - да, - выгибается, сдерживает стон. - Но ее больше нет. Твоей Мари больше нет. Назад нам уже не вернуться.

Ничего не исправить.

- Ты мокрая, - вбиваюсь глубже. - Течёшь как сука.

- Только тело, - башкой мотает.

- Ну и круто, я хочу только то, что у тебя между ног.

Враньё. В глотку тоже хочу. И в задницу. Пусть сдулась ее роскошная жопа, все равно внутрь вонзиться тянет, войти между булок и распечатать узкий проход. Каждую дырку хочу поиметь. До судорог. До спазмов. Пусть воет и орет. Пусть захлебывается моей любовью.

Я трахаю ее дико. Зло. Одержимо. Трахаю, будто убить хочу. Черт, так и есть.

Желаю членом забить до полусмерти. До изнеможения довести.

А она опять обманывает. Подкупает. Отзывается на жесткие рывки. Прогибается. Растекается подо мной. Плывет и топит в себе.

Трясина. Вязкая. Грязная. Хочу тебя. Хочу.

Гребаная отрава. Чем ты меня берёшь?

Глава 27

Громадная рука прижимает меня к широкой мускулистой груди, густо поросшей волосами. Мои ноги раздвинуты. Гигантский член растягивает лоно, твердеет, опять наливается силой, разбухает внутри, позволяя чувствовать одержимую пульсацию.

Амир неутомим. Складывается впечатление, будто с момента нашего расставания у него не было другой женщины, но я не настолько наивна, чтобы верить в подобную иллюзию. Зачем хранить верность сбежавшей жене?

Горечь затапливает. Сердце болезненно сжимается.

Я люблю его. Люблю до сих пор. Только это ничего не значит. Наша реальность уже не изменится. У нас не выйдет исправить ошибки, не построить счастье на обломках прошлого. Однако мое тело не подчиняется разуму, откликается на животный зов, содрогается в экстазе и молит еще.

Ощущаю себя наркоманкой, вдруг получившей долгожданную дозу. Прежде не представляла, как сильно мне этого не хватало. Жадные губы, клеймящие кожу засосами. Зубы хищника, впивающиеся в плоть до крови. Горячие пальцы, сминающие до боли, напрочь подавляющие волю. Сопротивляться невозможно.

Я в тупике. В горящей клетке. Пламя подступает все ближе и ближе, огненные языки лижут спину. Совсем немного – точно сорвусь и признаюсь.