Хищный. Наглый. Холостой

Баринов так и остался стоять как скала, хотя расстояние между нами было неприлично минимальным. Но я тоже решила не отступать. — Будет тебе ужин, Савва, но есть будешь то, что дам.

— Из твоих рук — все что угодно.

Серо-голубые глаза лукаво блестели, гипнотизировали, заставляли думать о том, о чем я никогда и никому не признаюсь. Себе в первую очередь.

— Смотри, как бы не пожалел вечером! — фыркнула я, гадая, сколько еще смогу простоять вплотную к нему и не отступить. — Но я пришла не за этим.

— А зачем? — Он внимательно что-то рассматривал на моем лице, сбивая меня с мысли.

— После полудня будет приказ о моем назначении? — Я дернула его за рукав, чтобы он, наконец, посмотрел мне в глаза.

— Он уже у секретаря Тимура, он будет после обеда и все подпишет.

Я чуть было не дала деру обратно в приемную, но, к счастью, удержалась.

— Не надо, оставь так, Баринов. Хочу немного посмотреть, на что способны люди.

Его губы дрогнули в довольной улыбке.

— Наконец-то ты учишься правильно выбирать, — тихо прошептал он.

Сердце подскочило к горлу, я хотела отпрянуть от него, но сильная рука уже легла мне на затылок.

— Катя…

По телу пробежал разряд тока, едва настойчивые губы Баринова коснулись моей разгоряченной кожи.

— Да ты совсем оборзел! — Я ошалело смотрела на довольную наглую морду Саввы и отчаянно терла щеку, как будто так могла стереть его поцелуй. — Харассмент в чистом виде. Тебя поэтому из Лондона выперли?"

"Баринов продолжал бессовестно улыбаться, у меня не хватало слов от возмущения, и я замахнулась на него, чтобы стереть ухмылку с холеной физиономии.

— Хочешь потрогать меня? — Савва легко перехватил мою ладонь и крепко ее сжал.

— По роже твоей вдарить, чтоб запомнил!

Щека по-прежнему горела от поцелуя, я чувствовала, что мучительно краснею. Левая рука у меня не такая боевая, как правая, так что ее Баринов схватил еще до того, как я успела как следует прицелиться.

— Это на удачу, Кать. — Баринов был похож на кота, обожравшегося сметаной.

— Замолчи! — Я выдернула руки и, оттолкнув Савву, быстро отошла на безопасное от него расстояние. — Не знаю, что ты там помнишь, но больше так не делай. Не целуй меня.

Я понимала, что веду себя как обиженная школьница, поцелуй и правда был невинным. Если бы целовал меня не мой студенческий кошмар. Где невинность, а где Баринов?! Проблема в том, что я сама слишком разволновалась, и он это прекрасно видел.