Хищный. Наглый. Холостой

Я на автомате следовала указаниям охранника, так же поднялась в квартиру Баринова, послушно покормила Самсона, почесала ему за ухом, забрала планшет и потянулась к мобильному.

Мне не давали покоя слова о моей «ауди» в доме Баринова. Ника? Та самая соседка Саввы, которую он позвал на вечеринку в честь своего прихода в «Элиот»? Если Кальянов бросил меня ради этой Ники, то Савва точно должен был знать. Знал и не сказал?! Я вспомнила, как Баринов говорил мне, что не имеет никакого отношения к тому, что Паша решил съехать и пожить у Вити.

Стоп! Так можно с ума сойти.

«Абонент отключен или временно недоступен». Странно. Савва говорил, что у него встреча с приятелями, с которыми он работал в Лондоне, но не говорил, что отключит мобильный.

Я заперла квартиру и отправилась к себе, чтобы спокойно все обдумать. Охранник на въезде был уже другой, незнакомый мне, и я сдержалась, не полезла с расспросами, да и не факт, что мне бы ответили. Я ведь здесь не живу.

Главное, не накручивай себя, Катя. Всему есть объяснения.

Я отъехала всего метров сто от дома, когда пришло сообщение от Кальянова: «У меня остались твои подростковые фотки в альбоме. Хочешь, чтобы я вернул?» В качестве доказательства он даже прикрепил снимок к сообщению.

Не останавливаясь, я быстро надиктовала ответ: «Через полчаса на Тверской у «Макдоналдса».

«Буду».

Когда я подходила к бульвару, Пашка уже меня ждал. С цветами.

— Катюш! — Он явно волновался. — Это тебе.

— Не нужно. — Я едва не оттолкнула от себя букет.

Я не удержалась и, глядя, как вздрогнул Кальянов, поняла, что не ошиблась.

— Меня подставили, Кать! — воскликнул Пашка, да так громко, что несколько человек на нас обернулись. — Это Баринов! Он все подстроил!

— Что подстроил? — чуть севшим голосом спросила я. — Он знал про тебя и Нику?

Кальянов истерично захохотал.

— Он не просто знал, Кать, — наконец успокоившись, проговорил Паша, — он нанял эту девку, чтобы она затащила меня в постель! Чтобы нас с тобой рассорить! Он нами манипулировал!

— Что? Как это нанял?! — Я поежилась от холода, хотя на улице было сегодня очень тепло.

— Обыкновенно! — презрительно выплюнул Пашка. — Никакая она не богатенькая дурочка, Кать, и не соседка его вовсе. Она эскортница! Я не хотел… Катюш, она… я был расстроен, ты меня не понимала, я… она меня окрутила, я… голову потерял, решил, что… На самом деле я люблю только тебя. Всегда только тебя. Я ее бросил, когда все узнал.