Хаски и его Учитель Белый Кот, Том I

Кто-то молча подошел и остановился у его кровати. Чу Ваньнин почувствовал, как прогнулся край постели, и ноздри заполнил неповторимый запах, исходящий от одежды его ученика.

— Учитель, уже спите?

Он проигнорировал его.

Мо Жань продолжал очень тихо и спокойно, как будто вел диалог с ним:

— Соседи все еще шумят.

Он тихо засмеялся, наклонился вперед, чуть толкнув плечом Чу Ваньнина. Его взгляд скользнул по напряженной спине.

— Учитель сказал мне спать с ним. Ваше предложение все еще в силе?

— …

— Знаю, Учитель не любит быть рядом с другими людьми.

— Пф... —из дальнего угла постели холодом сверкнули глаза, и послышалось холодное фырканье.

Темные глаза Мо Жаня в ответ засияли улыбкой.

Ухаживать за учителем давно стало его привычкой, но дразнить его было игрой, которая не могла надоесть.

Мо Жань никогда не разбирался в своих чувствах к Чу Ваньнину, но иногда его сердце зудело от желания оскалить клыки и впиться в него зубами.

В одном он был уверен: даже холодность и ледяное молчание Чу Ваньнина заставляли Мо Жаня чувствовать возбуждение.

— Учитель?

— Да.

— Ничего, просто позвал тебя.

— Если тебе есть что сказать, говори. Если нет — заткнись.

— Ха-ха. Я просто думал, что младший брат Ся слишком уж похож на Учителя. Учитель, он ваш сын? — он спросил то ли в шутку, то ли всерьез.

Чу Ваньнин опять промолчал. Должно быть, он испытал слишком много всего за одну ночь, устал и потерял способность сдерживаться. Услышав смех Мо Жаня, он разозлился еще больше.

— Пфф, я просто дразню учителя. Не нужно...

— Да! Он мой сын, — холодно ответил Чу Ваньнин.

Какое-то время Мо Жань по инерции продолжал улыбаться.

— О, я так и сказал, что он наверное ваш сын! Постойте! Сын?! — Мо Жань вытаращил глаза и открыл рот, словно громом пораженный. — Сын? Сын???

— Да, — Чу Ваньнин повернулся вполоборота и серьезно посмотрел на Мо Жаня.

Этой ночью он совершил слишком много ошибок, чтобы давать лишние поводы для подозрений. Мо Жань хотел пошутить? Если он подыграет ему, его ученик будет ошарашен и оставит его в покое. Всего лишь маленькая ложь во спасение. Куда хуже, если Мо Жань поймет, что Чу Ваньнин на самом деле чувствует к нему.