Хаски и его Учитель Белый Кот, Том I

— Уч… Учитель…

— Закрой свою собачью пасть! — Хотя голос и лицо Чу Ваньнина все также ничего не выражали, но Мо Жань видел, что его глаза пылают от с трудом контролируемой ярости. — От тебя никакого проку, одни проблемы! Не усугубляй ситуацию еще больше!

Отвесив Мо Жаню затрещину, он обхватил его за талию и взмыл в небо. В одно мгновение преодолев большое расстояние, они оказались за пределами города.

— Учитель! Мой младший брат все еще там…

Чу Ваньнин бросил на Мо холодный взгляд. Заметив его встревоженное выражение лица, он хмыкнул:

— Младший брат? Это тот по фамилии Ся?

— Да-да, он остался в Заоблачном Павильоне! Надо вернуться и спасти его…

Чу Ваньнин поднял руку, прерывая его:

— Нет причин для беспокойства.

Мо Жань перевел дух и поднял свои ясные черные глаза на Чу Ваньнина:

— Учитель, а как вы тут… оказались?

Чу Ваньнин проснулся от шума во дворе. Увидев, что ситуация стала критической, он принял таблетку, которую передал ему старейшина Таньлан, и смог временно вернуть себе истинную внешность.

— Как я мог не прийти?

Он поднял руку, и на кончике пальца из золотой духовной энергии родился бутон яблоневого цветка.

— Западную Башню закрыл тростник, цветы отцвели и увяли, этой ночью весенний ветер достигнет реки Цяньтан, — длинные ресницы опустились, прикрывая блеск глаз, и бутон раскрылся, превратившись в сверкающий алый цветок крабовой яблони.

— Лети и ищи.

Цветок тут же вспорхнул и, подхваченный порывом ветра, быстро направился к горам.

Удивленный новой техникой Мо Жань спросил:

— Учитель, что это за магия?

— «Разбрасывать цветы».

— Что?

— Эта магическая техника называется «Разбрасывать цветы», — лицо Чу Ваньнина имело сосредоточенное выражение, и было не похоже, что он шутил. — Сначала у этой техники не было названия, но ты спросил, и я решил назвать ее так.

— …

Даже если этот человек не имел фантазии и амбиций, все равно подобный подход к собственной магии выглядел странно?

— Глава уже ввел меня в курс твоего дела, — Чу Ваньнин посмотрел в ту сторону, куда направился цветок яблони. Его холодный и чистый голос был похож на горный ручей, бьющийся о драгоценную яшму. — Уверен, все случившееся как-то связано с тем человеком, с которым мы столкнулись в озере Цзиньчэн.