Кастинг для Генерального

Вот увидишь, все будет пучком!

Что ему оставалось?

Звучало слишком соблазнительно, Коля согласился.

И вот с того момента, как он согласился, все буквально понеслось.

Один звонок — и примерно четверть часа спустя в кабинете появился один из людей Иевлева. Крепкий поджарый мужик лет тридцати пяти. Чем-то похожий на Шахова. Волевое лицо, острый взгляд, военная выправка. Выслушал задачу, кивнул.

— Я понял, Владимир Янович.

А тот убрал в карман гаджет и шепнул жене на ушко:

— Ну вот и все, Маш, можем идти.

И быстро утянул ее с собой.

Честно? Иногда Николай тихо поражался (впрочем, уже и не поражался) способности этого волчары решать вопросы. Их с Милкой отец тоже вопросы умел решать. Чего далеко ходить, совсем недавно, когда шла семейная война за бизнес, он их ПАО чуть не слил в ноль. Ну так Павел Торопов до последнего времени занимал ключевой пост в администрации города, а тут скромный адвокат.

Ага, скромный.

Коля незаметно гоготнул в кулак, провожая взглядом нового маминого мужа.

Потом он просто махнул рукой, потому что все равно ничего другого не оставалось, кроме как расслабиться и наслаждаться недельным отпуском, который ему внезапно предоставили.

Забытый вкус беззаботной жизни.

Они колесили по городу, хохотали, наперебой рассказывали что-то. Ездили обедать в загородный ресторан. На шопинг ходили с Милкой (на шопинг!), подумать только. И ничего, все прошло на ура. Пока Милка выбирала себе что-то на вечер (ну, это так всегда: надо пойти куда-то, и тут обнаруживается, что девушке нечего надеть), они с Ростом разговорились и очень даже неплохо проводили время в своей мужской компании.

А вечером они забурились в клуб.

Где молодой генеральный был, конечно же, замечен.

Встретили Реутского — старый знакомый отца, сердечно поздравлял, хорошо поговорили, было приятно. Потом нарвались на нескольких Колиных бывших. Две из них даже рискнули подсесть к ним за столик. Одна легкомысленно пыталась строить глазки Росту. Но тот был холоден. А главное, рядом с ним была Милка, ее улыбка, больше похожая на оскал, прямо говорила — не подходи, убьет.