Кастинг для Генерального

Настроение у Леры было хорошее, она даже тихонько запела, пока протирала шваброй в директорском кабинете пол.

И вдруг застыла с открытым ртом.

Потому что внутренняя дверь открылась и оттуда вырулил взъерошенный генеральный с полотенцем на шее.

В одних брюках и майке-алкашке, открывавшей гладкую крепкую грудь и развитые плечи, он смотрелся очень... очень...

Лера так и стояла с открытым ртом, не в силах подобрать правильное слово.

Потом сообразила, что она пялится на него. Закрыла рот и постаралась отвести глаза.

Очевидно, все-таки должно.

Потому что его, например, ничего не смущало. Этот... генеральный директор огляделся с недовольным видом и, когда она уже собралась сказать: «Здрасьте», спросил:

— Кто включал радио?

— К... какое радио? — смогла она выдавить.

Он едва взглянул на нее и тут же отвел взгляд. Холодное недовольство на лице теперь читалось еще четче.

— Как это какое? Что-то здесь только что пело.

А... Чего стоило Лере удержаться и не ляпнуть: «У меня, между прочим, хороший голос! Я даже попадаю в ноты!» Но она крепче сжала швабру и натянуто произнесла:

— Прошу прощения, я понятия не имею, кто здесь мог включать радио. Я здесь занимаюсь уборкой, — и начала тереть шваброй пол.

Думала — теперь он уйдет и даст ей спокойно закончить уборку.

И совершенно точно она не собиралась гадать, какого черта он делает с утра пораньше в кабинете и почему в таком виде??? Его что, выгнали из дома?! Но это ее не касалось аб-со-лют-но.

Он и не подумал уйти.

Этот монстр стоял там и продолжал смотреть на нее.

Конечно! Можно бесконечно долго смотреть на горящий огонь, текущую воду и как рабы пашут на плантациях.

***

Коля стоял там и не мог понять, с чего у этой, млллин, специалиста по предоставлению клининговых услуг такой гонор?

Ни тебе здрасьте.

Это, знаете ли, задевало мужскую гордость. На него модели вешались гроздьями, а тут какая-то... мышь серая. Ну, допустим, ноги у нее стройные. И попка тоже ничего. Конечно, не в его вкусе совершенно. Но, черт побери!

Могла хотя бы взглянуть на него.

Именно поэтому он сказал:

— Очень хорошо. Как закончите здесь, можете убрать в ванной. А после приготовьте мне кофе.