Карамазов. Книга 2

— Алексей, ты и вправду хорош, уверяю, — улыбнулась княгиня. — Но ходят слухи, что тебе служит некто с силой молний.

— Все так, — тут же насторожился я.

— Эта стихия очень капризная и довольно редкая.

— Знаю.

— Мало кто в Союзе способен грамотно обучать владению ею. А если говорить точнее, почти некому сделать это. Мне пришлось пройти через очень болезненный опыт, — она поежилась, подцепив пальцами и слегка оттянув в сторону ремень на плече.

— К чему ты ведешь?

— Я могу помочь. И более того, хочу это сделать.

— Уж прости, но я должен спросить, зачем тебе это?

— Все логично.

— О как, — я не смог скрыть удивления.

— Прости, все время забываю, что в высшем свете принято наводить тумана, — девушка пожала плечами. — Но мне на самом деле нужен союзник и поддержка. В обществе аристократов к бастардам относятся с презрением. Я сменила фамилию, но для многих осталась девкой, которую отец не взял в дом, пока не припекло.

— Другими словами…

— Тебя не все считают адекватным, уж прости за правду, — продолжила Муромцева. — Но ты законнорожденный. У тебя не только титул, но и хорошие отношения с Юсуповым, Калининым и говорят, что сам Беломорцев отзывался о тебе как о толковом парне. Уж не знаю, чем ты сумел ему услужить.

— Прошлые заслуги деда помогли."

"— А я боец из «Висельников», понимаешь? Еще вчера я вычищала из-под ногтей чужую кровь, меняла любовников по своему желанию, а не по указке папули. Я жила как человек, которому не светил титул.

— Ты ведь поешь, — напомнил я.

— Наша группа выступает по барам и клубам. Сам знаешь, что в Союзе долго не останешься наверху, если время от времени не петь псалмы для Синода.

— Это так, — кивнул я.

— Теперь я стала княгиней. И черт подери, — она едва сдержалась, чтобы не выругаться словами покрепче, — я не знаю, как вести дела Семьи. Как заручиться лояльностью Синода и не попасть под нож соседей.

— Понимаю, — повторил я.

— Я не смогу перенять должность отца. Никто не даст мне такой власти и не выпустит за границу с моим-то прошлым, — она все же встала на ноги и принялась расхаживать по комнате. — Я лишняя в этом городе, Карамазов. Они отнимут у меня деньги, которыми я не умею управлять. Загонят меня как зверя, заставят сделать что-то глупое и неуместное.