Карамазов. Книга 2

Вихо пошевелил руками, размял шею, словно утрамбовывая в себе своих соратников. Голоса в голове затихали. Родичи погружались в сон. До следующего момента, когда их потребуется выпустить наружу. Вихо же склонился над телом князя. Достал из висевшей на поясе кобуры широкий нож и провел лезвием по лбу князя, рассекая кожу.

— Кровавое зрелище. Но… грязновато. Не находишь? Стиль больше подходит мяснику, чем скульптору.

Голос был знаком. Рука дрогнула и Вихо выругался. Скальп был испорчен. Мужчина развернулся. В нескольких шагах от него, в темноте, на нижней площадке пожарной лестницы сидел человек, напоминающий его самого.

— Рад видеть тебя в добром здравии, — насмешливо продолжил парень.

— Ты как здесь очутился? В Содружестве Британской Короны закончились люди для вскрытия?

Свидетель кровавого спектакля спрыгнул на мостовую.

— Я там немного наследил.

— Здесь есть крепость Петра и Павла, — успокоил его Вихо. — Как ты нас нашел?

— Случайно, — пожал плечами парень. — Я задумал поселиться в этих трущобах. А тут как раз ты. Решил наследить на моей территории?

В руке парня появилось лезвие скальпеля, которое он принялся ловко перебирать между пальцами.

— Где твоя сестра?

— В Тауэре, — равнодушно ответил парень. — Но за нее я не переживаю. Она как-нибудь выкрутится.

— Семья — это важно, — проворчал индеец.

— Все-таки ты лучший, Вихо. Из всех, кого мне удалось создать. Самый старательный ученик. Правда, у меня так и не получилось привить тебе манеры тонкой работы. И изяществу ты предпочитаешь кувалду.

Последние слова, парень сказал с видимым сожалением.

— Нам нужна твоя помощь, Рипер, — произнес Вихо.

Мужчина только пожал плечами:

— Я так и знал, что это шоу было неспроста.

— Ты поможешь? — с нажимом уточнил маньяк, сам не замечая, что перешел на рык.

— Отчего же не помочь хорошему человеку, — спокойно ответил Рипер. — Идем. Перекусим, и ты все расскажешь. Местное темное пиво ничем не хуже того, что подают в пабах Лондона.

Глава 1. Возвращение на родину"

"В сознании всплывали мысли и образы чего-то чуждого, непонятного мне. Словно я преисполнился, постиг мир от самого зарождения.