Карамазов. Книга 2

— Спасибо… Да, я буду осторожна… Обещаю, — мило проворковала Катерина и убрала телефон в сумочку. — На пост охраны сообщат номера машины семьи Карамазовых. Так что проедем мы без проблем.

— Хорошо, когда в охранке свои люди, — Круглов одобрительно усмехнулся. — Не придется заматывать камеры пленкой и перелезать через забор. Выгодный ты союзник, Катерина Сергеевна.

Калинина не ответила, но выглядела она весьма довольной собой.

— Ладно, едем. Барышня… — Феникс любезно помог девушке сесть, а потом занял сиденье водителя.

— То есть мне дверь ты открывать не станешь? — ехидно осведомился я.

— Сам откроешь. Руки не отвалятся, — небрежно бросил Виктор, и это отчего-то не вызвало у секретарши недовольства.

Адрес был вбит в автопилот, и машина поехала по шоссе, покидая Корабельный район. Я посмотрел в боковое зеркало на стоявую толпу, которая вернулась к машине доктора, чтобы растащить то, что от нее осталось.

* * *В центре города не было ни души. Пусто и тихо. Люди словно вымерли. Здесь как раз жили наделенные силой и им было чего опасаться.

"Конники настороженно объезжали улочки, подсвечивая темные углы и мусорные баки. Ветер гонял по тротуарам обрывки газет и ворох конфетти смешанный с пылью. Несколько перевернутых ларьков быстрого питания на одной из площадей и расписанная граффити витрина магазина напоминала, что кто-то достаточно глупый попробовал проявить непослушание.

— Хватает в жизни идиотов, — высказал мои мысли Виктор.

В каждом квартале дежурило два-три патруля жандармерии. Причем я заметил несколько броневиков со специальными отрядами силового ведомства. Город замер, ожидая очередного удара от палача в красном капюшоне.

— Один человек смог запугать весь город, — глядя в окно, задумчиво произнесла Катерина.

— Ты просто не видела его, — возразил я. — Тип рассек пополам драгуна и надел тело на руку. Как куклу в театре. А затем играючи устроил бойню на площади. Я понимаю, почему Алексей Викторович дал нам карт-бланш. И расширенные полномочия.

Девушка поежилась и тихо сказала:

— Ясно, что не по доброте душевной дед распорядился усмирить мерзавца любой ценой. Алексей Викторович понимает всю степень опасности.