Капитан

Заколебёмся потом собирать, но зато, тварей, рискнувших пролезть внутрь, ждёт очень «тёплый» приём.

— Готово, — отрапортовал я, когда мешок опустел.

— Хорошо, — кивнул Бернард, — Давай к нам, в коридор. Колдовать сможешь?

— Парочку заклинаний выдавить из себя получится. Но не более того, — ответил я, пытаясь оценить свои силы. Получалось это пока крайне плохо — недоставало опыта. Ох чувствую, мне предстоит ещё немало шишек набить, прежде чем научусь соизмерять свои возможности и понимать, когда нужно остановиться.

Ансельм, вон, так и не научился. Да и Айлин тоже. Хотя ей-то как раз простительно. В этом мире она живёт едва ли не меньше, чем я сам.

— На счёт три, — скомандовал капитан, — Раз, два… — Бернард рванул верёвку вместе с засовом. Крышка с грохотом упала вниз, оставшись висеть на хлипких, проржавевших креплениях. Вслед крышкой вниз полетела первая тварь. Она, по всей видимости собиралась снова бить, но не рассчитала силы, и буквально нырнула в открывшийся проём. Прямо навстречу торчащим в потолок остриям.

Раздался грохот. В воздух поднялись клубы пыли. И тут же по второму этажу прокатился отчаянный вой раненного чудовища. С десяток «чесночин» впились в её худощавую тушку. Крючки, находившиеся на концах шипов, причиняли суке нестерпимую боль при каждой попытке двинуться, впиваясь в мясо и внутренности. Первый готов.

Но вслед за первой тварью полезла вторая. Она, не проявляя никакого сочувствия к раненному товарищу, спрыгнула прямо на его израненную тушу и повернулась к нам, ощерив клыкастую пасть.

Щёлкнул арбалет. И прямо в этот утыканный кривыми, пожелтевшими, но все ещё острыми зубами зёв, влетел чёрный росчерк тяжелого болта. Суку отшвырнуло назад, на другие «чесночины». Она забилась в предсмертной судороге.

Третий монстр оказался хитрее. Он не стал прыгать вниз, а цепляясь когтями за брёвна, полез к выходу прямо по потолку. Ну, да мы тоже не лыком шиты. Я сосредоточился, представил, как у твари разгорается в груди фиолетово-белый огонёк, а затем щёлкнул пальцами.

Монстр замер. Несколько мгновений пытался понять, что происходит. А затем взвыл и схватился лапами за грудь. Спустя миг опомнился, но было уже слишком поздно. Его тощая туша уже летела вниз, прямо навстречу поблёскивающим в свете коптилки, остриям шипов.

Освальд сделал шаг вперёд и одним ловким движением вскрыл дёргающейся твари горло. Огонь, успевший прожечь в её груди внушительную дыру, тут же потух. Монстр в последний раз дёрнулся и затих. Парень повернулся к нам.