Камаэль (СИ)

Более того, зачем противиться любимому палачу, когда всё равно получаешь удовольствие? Сдирая ногти о стену, марая её собственной кровью, я мог лишь тихо подвывать от тупого, яркого удовольствия, от которого перед глазами расплывались тёмные круги, а ноги подкашивались, не в силах удержать моё дрожащее тело.

В какой-то миг всё прекратилось: и болезненно приятные движения мужа, и ощущение пальцев в волосах, – и мне даже показалось, что я в очередной раз встретил свою смерть. Ещё более глупую, чем первую. С трудом сглотнув, попытавшись перевести дыхание, я глухо застонал, медленно распрямляя пальцы, упираясь ладонями в окровавленную стену.

А затем вновь ощутил руки на талии, почувствовал, как меня, поддерживая, поворачивают. Ноги не слушались, а в ушах словно гремели сотни барабанов. Ладони огладили ягодицы, затем бёдра. На краткое мгновение, мне показалось, что ноги оторвались от пола и уже ждал удара о землю. Прикосновение холодного камня к разгорячённой спине на пару мгновений вернуло меня к сознанию, и я разглядел мягкую улыбку мужа. Губы против моей воли тепло изогнулись в ответ, переборов дрожь и мою слабость. Приговаривая что-то утешительное и мягкое, он помог мне обхватить себя ногами за бёдра, а затем наградил одним из самых сладких и нежных поцелуев, что я когда-либо получал. Боги, из обезумевшего хищника, он в два мгновения превратился в самого нежного ангела, никак собравшегося утопить меня в своей бескрайней, порочной любви. Обвив плечи мужчины руками, глухо застонав в его губы, хранящие следы моей крови, я отозвался на поцелуй, закрыл глаза. На этот раз плоть его проникла в меня, не причинив боли, но вырвав из груди протяжный, глухой стон. После совершенно бешеного ритма, его плавные движения стали бальзамом на мои истерзанные душу и тело, точно прикосновение морских прохладных волн в жаркий, душный день. Одной рукой поддерживая меня под ягодицы, Аэлирн зарылся пальцами в мои волосы, оглаживая кожу головы, лаская и рассылая очередные мурашки по моему непослушному телу. Задыхаясь от нехватки воздуха, я всё равно не смел оторваться от любимых губ, впиваясь болящими пальцами в плечи мужа, подаваясь в силу своих возможностей ему навстречу. Блаженная нега растекалась по всему телу от низа живота, вместе с размеренными толчками мужчины, с его поцелуями. Разорвав поцелуй, жадно хватая ртом воздух и выдыхая со стонами, я откинулся на стену, понимая, что если силы выйдут из-под контроля – случится нечто.