Камаэль (СИ)

Я понимаю, что похороны и война не для того, но всё же…

- Почему же не для того? - лёгкое возмущение проникло в голос Советника. - Не могу найти более подходящее время. Теперь вы рыцарь, сэр Лаирендил, и на войне вы можете погибнуть, а ваш избранник останется один. А так, ваш титул, будущие земли и средства помогут ему не умереть от голода, горя и одиночества.

Их разговор, который они оба лишь отчасти воспринимали всерьёз, но прекрасно понимали надобность говорить друг другу хоть что-то, лишь бы затмить тоску и боль, был внезапно прерван резко опустившейся на плечо Валенсио рукой и гневным женским голосом.

"- Король мёртв, Тёмные собираются втоптать нас в землю, а ты с этим молокососом зелёным решаешь, как быть с его свадьбой? - Пируасэль готова была вот-вот сорваться на визг, и этот высокий срывающийся фальцет отзывался в душе Валенсио скрежетом, дрожью. - Ты, чёрт побери, регент или нет? Кинь ему в морду деньгами, а не облизывайся с ним, и иди думать над проклятым планом действий.

- Такова воля короля, Советница. И моя собственная, - с лёгким нажимом и раздражением произнёс мужчина, оборачиваясь и слегка приподнимая голову — вздорная эльфийка была выше его, сильнее, но Валенсио сейчас чувствовал в себе неумолимую потребность взрезать её горло и скормить сторожевым волкам. - Если вы имеете что-то против, то я советую вам немедленно обратиться к Королю и оспорить происходящее с ним. А раз вы намереваетесь это сделать, то передайте ему от меня глубочайшие извинения за то, что одна из его Советниц — подкупная блядь, готовая пресмыкаться перед Тёмными, лишь бы её пятерых сладких ребятишек и спившегося мужа не растерзали на кусочки ликантропы.

- Да как вы, - отовсюду слышалось это восклицание, на разные лады, с разными акцентами и разным уровнем агрессивности и оскорблённости в голосе. Пируасэль сглотнула, бешеный её взгляд впился в Валенсио, она положила ладонь на рукоять меча и медленно потянула его на себя.

Рядом с ухом регента раздался низкий, вибрирующий свист, и он уже готов был попрощаться с жизнью, но моргнул и вздрогнул лишь тогда, когда эльфийка вскрикнула, вздрогнула и одёрнула руку, медленно краснеющую. На уровне её груди мягко мерцал рунами длинный, тонкий изогнутый клинок, но удар на её пальцы пришёлся плашмя.

- Что я? - наконец поинтересовался Валенсио, коротко оглядев меч и чуть благодарно улыбнувшись рыцарю по правую руку от себя.