Камаэль (СИ)

И хотя от лекции Аэлирна мигом вспухла голова, я все же принялся присматриваться, прислушиваться, принюхиваться, подключая все возможные чувства и ощущения. Сперва, я чувствовал себя круглым идиотом, потому как на меня начинали странно, весьма странно коситься. Ещё бы - приперся, сам с собой бормочет о чём-то, пялится на жилое здание, как маньяк какой, носом воздух тянет, да и вообще не вызывает никакого доверия. Собственно, долго собирать на себя взгляды горожан мне не пришлось - я почувствовал то, что имел в виду Аэлирн.

Почувствовал, как меня обнимает странная, давящая аура здания - неприятная, мрачная, необузданная, и я сразу же вынырнул из чёртового омута, спешно направляясь дальше.

- О, я смотрю тебя за яйца взяло! - довольно промурлыкал Аэлирн, явно гордясь тем, что я так быстро проник в ауру здания. - Да-да, и такое случается в нашей жизни, мой юный ученик. Наша жизнь всегда преподносит нам массу сюрпризов и, порой, совершенно неприятных. Это здание раньше было тюрьмой. Аура преступников столь сильна, что не может выветриться даже спустя много лет.

Вот поживи там пару лет эльф - и вновь здание будет чистым, как слеза младенца.

- Заткнись, меня сейчас стошнит, - пробормотал я весьма резко."

"К горлу в самом деле подступал ком тошноты, хотелось склониться над ближайшим баком и вывернуться наизнанку. В животе происходило землетрясение - органы сминались вместе, горели, а меня трясло, как от лихорадки. По кривой диагонали я двинулся к проулочку, где и опёрся на стену, позволяя желчи вылиться из меня.

Желудок скрутило резкой болью, на глаза навернулись слёзы.

- Да-да, и такое случается в нашей нелёгкой практике. Но ты не отчаивайся, Льюис…

- Хватит болтать и помоги мне! Я сейчас желудок выблюю, - хрипло гаркнул я, затем вновь склоняясь и извергая очередную порцию светло-жёлтой желчи нелицеприятного вида. Готов был поклясться, что видел пару струек крови, сбегающих с моих губ.

Аэлирн в самом деле внял моим просьбам, и я ощутил всем своим естеством, как будто ледяная рука врывается в моё тело со спины, огибая позвоночник, потесняя лёгкие и сердце.

Дышать стало невозможно, и я был рад, что начинает темнеть, что меня не видно с улицы, и никто не пугается моего вида. В потёках желчи я видел собственное отражение - как будто вытащили все жилы, мясо, всю составляющую, оставив только кости и кожу. Глаза, совершенно безумные, на выкате, блестящие, точно вода озера в лунную, ясную ночь.