Камаэль (СИ)

Ну или, быть может, опасается той власти, что я могу приобрести над ним, узнав.

- Ладно, сам как-нибудь скажешь. Всё же, имя у тебя должно быть.

- Аэлирн, - тихо, после затяжного, напряженного молчания произнес Павший и затих.

Была весна. Вокруг всё таяло, оживало, влажно поблёскивало и начинало дышать с новыми силами. Тихо пели птицы, небо переливалось солнечными бликами на легких перьях облаков. И я начинал дышать вместе с миром, который наконец скинул с себя мёрзлые оковы зимней стужи.

========== Перекрёстки кожаных дорог =========="

"Как вы думаете, всегда ли температура на Аляске такая же, как и во всех нормальных странах? Конечно же, нет.

Та оттепель, что провожала меня из дома Эрика, была недолговечной, в чём я убедился в скором времени. Почти на следующий же день после моего отправления мороз заломил под минус двадцать по Цельсию. Надо сказать, я несказанно удивился, когда толком проснулся и не смог открыть глаза, потому что у меня заиндевели ресницы. Это было довольно страшно, потому как и тело моё окоченело, оставив твердый осадок осознания того, что я мог и не проснуться вовсе. Павший же ехидно заметил, что теперь я знаю, как чувствуют себя вампиры, спящие в горизонтальном положении. Конечно, после моего недоумённого взгляда, (когда я смог-таки продрать глаза) он мне провёл поучительную лекцию про вампиров. Надо сказать, очень интересную, скрасившую моё тусклое утро у костра с банкой консервов и армейским ножом - весьма дрянное, между прочим, питание, но единственное, которое не пропадёт и за десять лет. На Аляске - уж точно! Армейский нож я не стал жрать - в конце концов, никогда не считал себя графом Калиостро, да и полагал, (думаю, что весьма справедливо!) что холодное оружие пагубно влияет на молодой, только развивающийся организм.

Аэлирн выдвинул предположение, что все вампиры - и чистокровные, и обращённые - являются наполовину трупами, у которых сохранилось множество инстинктов, в отличие от зомби, существование которых, как таковых самостоятельных существ, подтверждено не было.

Он, конечно, допускал определение “ходячего мертвеца” к мертвецам, коих поднимали некроманты, но подобное искусство было давно забыто, давно перестало использоваться, поскольку некроманты затихли, ушли в подполье. Задумчиво он добавил так же, что последнего некроманта, о котором он слышал, самостоятельно выпотрошил и достал его хребет. И мне даже показалось, что я услышал в его голосе подленькую, гадскую и весьма самодовольную ухмылку.