Камаэль (СИ)

Он как раз покрылся плесенью - твой брат планировал устроить тебе особенно красочный праздничный ужин, - не менее язвительно отозвался обращённый.

Я поморщился, признавая его победу и беря приборы во всё ещё непослушные руки. Несколько минут я сосредоточенно жевал, но есть, когда прямо над тобой стоит надсмотрщик?"

"- Может перестанешь стоять у меня над душой и, наконец, сядешь? - не выдержав, поинтересовался я, вскинув взгляд на обращённого. Пару секунд он продолжал смотреть на меня, а затем всё же присел на кровать рядом со мной, уведя взгляд в сторону.

С плеч будто бы камень свалился, и я благодарно буркнул что-то в его сторону, чтобы затем покончить с ужином. За яблоко я всё же принялся с осторожностью - сказка про Белоснежку неожиданно-невовремя постучалась в мою голову и станцевала джигу-дрыгу.

- Кто такая Белоснежка? - вопросил блондин, вновь поворачиваясь ко мне.

Столь неожиданный вопрос, основа для которого явно была выужена из моей многострадальной головы, заставил меня замереть и поглядеть на бывшего эльфа:

- Неужели ты и в самом деле не знаешь эту сказку?

Он отрицательно покачал головой и опустил её, чуть поджав губы.

Хоть он явно не хотел показывать свои переживания, но руки на его коленях сжались в кулаки.

- Единственную сказку мне рассказал брат. И то она была про Павшего. Так что, это и сказкой нельзя считать. Страшилка на ночь, чтоб не повадно было ходить по ночам по лесам.

- Твой брат имел чувство юмора, - невольно ухмыльнулся я, принимаясь за какао и удивляясь его приятному, нежному вкусу.

Обычное какао чуть раздражало язык мелкими нерастворявшимися комочками, а это было подобно жидковатому крему. Даже скорее супу-пюре. - А что родители?

- Если тебя пробило на задушевные разговоры, знай - меня тебе не провести, - спокойно ушёл от основной темы обращённый.

- Послушай, - я отставил в сторону чашку и поглядел на эльфа. - Вы держите меня взаперти, круглыми сутками в двимерите, кормите какими-то отходами и часами пытаете. Я вряд ли смогу пробежать и сотню метров, что уж говорить о сражениях.

Давай быть честными - ты терпеть не можешь Виктора и своё начальство, а так же жутко их боишься. Сейчас мы здесь одни, и ты волен мне хоть шею свернуть, чтоб больше не стирать мою блевотину с пола и не водить за руку в туалет. Мне скучно - я час за часом только и делаю, что “говорю” с братом. И, знаешь, не получаю от этого какого-либо удовольствия. А если ты помнишь, я живое существо и требую общения, чтобы не сойти с ума.