Камаэль (СИ)

Проливать кровь и пить её, как лучшее вино. Даже самые мерзкие змеи буду пускать слёзы, а после измены взрезать свои тела, чтобы ты их не наказывал. Будь тираном, и никто не посмеет вякнуть о том, что тебя нужно убрать. Их нужно держать крепко, мять их шеи и касаться сердец, чтобы они были послушными. Убивай!”

- Что-то ты сегодня больно разговорчив, - пробормотал я себе под нос, обращаясь к неведомому знатоку измен и тирании, и с отвращением отвернулся от зеркала.

С волос по телу стекала холодная вода, заставляя покрываться меня гусиной кожей и мелко дрожать.

Осторожно наколдовав карманный огонь на ладони, я осторожно повернул голову к зеркалу и осветил себя. Выпирающие рёбра и плоский, впалый живот с тёмной дьявольской дорожкой, убегающей от пупка к паху. Крепкие бёдра и длинные ноги, которые мне казались самой уродливой частью моего тела - длинные, тонкие, с выпирающими лодыжками. Сжав губы, я кинул взгляд на своё лицо, которое словно бы исказилось от этого гнева и от сказанной до того речью голоса внутри меня. Я отдавал себе отчёт в том, что это может быть сумасшествие, но что-то подсказывало мне, что это совсем не так, и я ещё познакомлюсь с таинственным кровожадным товарищем. Скрипнула дверь, и я поспешно затушил огонь, прикрывшись ладонями, но это оказался всего-лишь Виктор, мокрый, как и я, до нитки, немного уставший и довольный. Заметив меня обнажённым, брат чуть усмехнулся и стянул с себя мокрый плащ, который тут же кинул на стул:

- Я смотрю, ты меня встречаешь?

- Заткнись, придурошный, - буркнул я, тянясь за одеялом.

- Я просто только что из ванной.

- А лучше бы ты меня встречал, - промурлыкал вампир, перехватывая мою руку и притягивая меня к себе и заставляя взвизгнуть - он был жутко холодным и мокрым, отчего ещё больше мурашек разбежалось по моему телу.

- Отпусти, Вик, ты очень холодный! - Рыкнул я, пытаясь вырвать руку из хватки брата, но тот, тихо посмеиваясь, легко уворачивался и совершенно не давался.

- Помнишь наш разговор, когда ты очнулся после нападения водяных? - промурлыкал брат, заламывая мне руку за спину и прижимаясь мокрой грудью к моей спине, опаляя ухо своим горячим дыханием.

В его голосе так и слышались хищные нотки, мурлыканье и голодная страсть.

- Как тут не помнить, - выдохнул я, морщась от боли. - Отпусти, Виктор, мне очень больно!

- О, в прошлый раз боль тебя не сильно смущала, малыш, - довольно прошептал вампир, заламывая мою вторую руку и перехватывая своей в районе кистей.