Извращенное королевство

Он поможет!

Улыбка исчезает с моего лица.

Она хмурится.

– Ты что, не рад?

– Рад.

– Тогда почему выглядишь грустным?

Потому что если ее папа поможет мне, то я не увижу ее снова.

Мама не провела ни дня без меня, и теперь, когда меня не было рядом с ней так долго, она не выпустит меня на улицу снова. Да и мой отец тоже.

Значит, я больше не увижу Эльзу.

– Улыбнись-ка. – Она кладет мне указательные пальцы на уголки рта и растягивает их.

– Ты хочешь, чтобы я ушел? – спрашиваю я.

Она отчаянно кивает.

– Не хочу видеть, как ты мерзнешь и истекаешь кровью.

– Если я уйду, то не вернусь.

– А почему? Можешь вернуться. Мы же друзья. – Ее нижняя губа дрожит. – Правда?

– Не думаю, что у меня получится вернуться.

– Я попрошу папочку отвезти меня к тебе.

– Наши папы не ладят друг с другом.

– Ну и что. Ты мне нравишься. Папочка дает мне все, чего я ни попрошу. – Она водит пальцами по моим волосам. – Сегодня ночью больше никто тебя не обидит. Ты дождись меня, ладно?

Она лезет в кармашек платья, и я не удивляюсь, когда Эльза достает пачку «Мальтизерс» и вкладывает ее мне в руку.

– Это тебе.

Она встает, затем снова присаживается рядом и целует в щеку.

– Дождись меня."

"И я жду.

Когда она уходит, я сажусь на грязный пол и рассматриваю дверь и «Мальтизерс», которые Эльза мне подарила.

Съем их, когда она вернется. Шоколадные шарики слишком сладкие, и мне они не очень нравятся, но я ей этого не рассказывал. Эльза обожает их, а я люблю смотреть, как она их ест. Кроме того, ей нравится, когда я угощаю ее.

Глаза закрываются, и меня бросает то в жар, то в холод, но я не сплю. Думаю о маме и как она будет рада, когда я вернусь. Возможно, Джонатан отвезет нас куда-нибудь, чтобы порадовать ее.

Дверь распахивается настежь.

Я вскакиваю. Это не Эльза.

Входит женщина в красном с хлыстом в руке.

На ней длинное красное платье без рукавов. Золотистые волосы спадают на плечи, а на губах красная помада. Даже ее каблуки красного цвета.

Как кровь.

Мама когда-то рассказывала мне о силе тьмы.

Женщина в красном красива, как ангел в нашем саду.

Съеживаюсь в углу, сжимая крепче пачку «Мальтизерс». Слышу все ближе стук каблуков женщины в красном.

– Илай… Мамочка вернулась.

Ее голос спокоен и мрачен, как зимние ночи. В такие минуты мне жаль, что я не чувствую маминого тепла и не слышу ее добрых слов.

Если притворюсь Илаем, она не причинит мне вреда.