Кафедра

Можно ведь его сделать именным от твоего, так сказать, имени?

— Сдурел?"

"— А так? — поставил я на стол вторую бутылку. — И всё не надо. Хотя бы револьверы и один пистолет. Ружья же оставлю у вас после окончания практики. Ну и боеприпасы к ним, естественно. Только оптический прицел заберу, уж больно дефицитная штука.

Есаул надолго задумался. Потом резко отмер, рубанул ладонью воздух и произнёс.

— Уговорил! Но только и прицел тоже оставляешь! Без разговоров! И так до чёрта бумаг на твои стволы писать придётся! Ещё и несколько причин награждения придумывать.

И потом со всем этим к полковому начальству ехать. А я у него как бы не в фаворе. Думаешь, почему целый есаул несколькими десятками бойцов в этой дыре командует?

— Почему?

— Дал в морду тому, кому давать не следовало. За дело вмазал штафирке столичной, но легче от этого не стало. Вот меня сюда временно и сослали: от греха и начальства подальше. Я ж сам хоть и закончил нашу с тобой Академию, но одарённый из крестьян. И пусть у атамана на хорошем счету всегда был, только даже ему сложновато тягаться с Родом Щелиных, представителю которого «чайник и начистил».

Так что, либо отдаёшь прицел, либо забирай свои сувениры. И разговора у нас этого не было.

— Пусть будет и прицел, — со вздохом согласился я. — Ещё меня интересует вопрос связи. Как из подземного города в случае опасности до вас докричаться можно будет?

— Серьёзно подходишь к делу, — одобрительно кивнул Кудрявый. — Но тут тебя должен разочаровать. Рация у меня всего одна, и то для связи со штабом.

Да и не утащите вы её. Это ж целый шкаф с лампами и проводами всякими! Ещё и чемоданы-аккумуляторы к ней прилагаются для питания. Так что, если беда какая, рассчитывайте исключительно на себя и бога. Но каждые два дня вестовые от вас должны приходить. Если подобного не случится, тогда мы сразу явимся.

Хотя… Знаешь, Родя, что-то мне на душе в последнее время неспокойно. Вроде и живём, как прежде, а червячок нехороший внутри завёлся. Пожалуй, побольше с вами бойцов отправлю и проверять вашу группу ежедневно стану.

Тут всего-то два километра до подземного города пёхать, поэтому сложностей не будет.

— А в чём сомнения? — насторожился я.

— В том то и дело, что не знаю. Только чуйка, а она иногда отдельно от мозгов работает. И солнышко злым кажется, и ветер недобрым… Правда, подобное ни к одному докладу не приложишь.

— Спасибо за предупреждение, Иван Игнатьевич, — я благодарно склонил голову. — Учту и расслабляться не буду.