Измена. Ты нас не найдешь (СИ)

Каждая прожевывает полученную картинку.

Чувствую, что Лерка осознала всю трагичность ситуации.

Мои слова здесь бессмысленны.

Наконец, я первая нарушаю тишину.

— Разворачивайся, — тихо прошу.

— Чего? — не понимает ошарашенная подруга.

— Мы возвращаемся… домой, — поясняю.

— В смысле? — восклицает Лерка, — ты вообще видела? Или тебе уже очки нужны? Ты же сама говорила, что не будешь жить с предателем. А теперь просишь вернуться.

— Ты не глухая, Лера. Развернись, пожалуйста, — говорю еще тише.

— Ты с ума сошла? — возмущается подруга.

Бросаю на нее невозмутимый взгляд.

— Ладно. Если ты такая мазохистка, — сдается она и прижимается к крайнему ряду, вставая на разворот, — не насмотрелась? Понравилось?

— Если я возвращаюсь в СВОЮ квартиру, это совсем не означает, что я возвращаюсь к нему.

Слово «свою» подчеркиваю особым тоном.

— Я всегда на твоей стороне, подруга, — сжимает мои пальцы.

Отворачиваюсь к окну, чтобы не видеть ту сторону, где только что стояла машина Руслана и где он обнимал какую-то тетку.

Но Лера проезжает это место на скорости. Вероятно, чтобы самой не засматриваться.

Она паркуется у моего подъезда, где все еще сидит баба Люба.

— Ты останешься с мерзавцем? Будешь терпеть? — опускает руль Лера.

Она заглядывает мне в глаза, ища там ответа.

— Это и моя квартира тоже, Лера. Точнее, я считаю, что это он облажался. Я все эти годы была достойной женой. Потому заслужила эту жилплощадь. Пусть это он катится к этой швали. Не буду ей освобождать то место, где создавала уют.

— Ты же понимаешь, что Руслан не уйдет? — осторожно спрашивает Лера.

— Уйдет. Я его домой не пущу.

— Ой, когда его это останавливало! — восклицает она.

— Посмотрим, — бросаю и выхожу из машины.

Свежий воздух становится значительно прохладнее, чем был еще несколько минут назад, когда я садилась в машину. Или это я так остро ощущаю потому, что что меня от обиды знобит.

Обхватываю себя руками, пытаясь согреться.

— Ой! — восклицает баба Люба, — вы уже вернулись?

— Да, теперь самолеты стремительные, — язвит Лерка, — сверхзвуковые.

— Аааа, — протягивает старушка.

Оборачиваюсь на подругу, которая вынимает из багажника мой чемодан. Что ей старушка сделала, что она на нее так не доброжелательно реагирует?

— Зачем ты так? — осекаю подругу, которая лишь пожимает плечами в ответ и кривит губы.

— Доброй ночи, баба Люба, — улыбаюсь пожилой соседке. Та кивает в ответ, с любопытством нас оглядывая.