Измена. Не твои дети

Почти сверху ложится!

– Ты совсем обалдел?! Отошел от меня! Живо! Я сейчас охрану позову! – пихаю его в грудь изо всех сил, но куда моим сорока пяти килограммам против его девяносто!

Пыхтит и кряхтит. В нос бьет запах пота. Мерзость какая.

– Ну че брыкаешься то?! – возмущается на полном серьезе, а сам уже руки в ход пустил. – Ты обслуживающий персонал. Вот и обслужи меня. Давай. Молча. По-быстрому.

– Охрана! ОХРА…! – кричу, но боров затыкает мне рот.

Глаза щиплет от слез. Вот ведь ублюдок. Шарю по полу рукой, и нащупав бокал, разбиваю.

Заношу руку, целясь не в шею, хоть так бы и было удобнее. А в спину. Чудом трезвый рассудок мне шепчет, что на шее слишком легко можно проткнуть сонную артерию и убить одним махом.

В тюрьму мне не хочется.

Но ударить я все равно не успеваю.

Тело борова будто по волшебству в воздух взлетает, и даже от пола отрывается. Легко так, словно пушинка.

Наблюдаю за всем этим затравленным взглядом.

За спиной обидчика в темноте различаю еще один силуэт. Тоже внушительного размера.

Поворачивается ко мне, подставляя лицо под полоску света из зала.

– Ты в порядке?

Жадно поглощаю воздух большими глотками. Протянутую спасителем руку беру с осторожностью.

– В порядке. Спасибо, – адреналин так и шкалит по венам. С трудом осознаю, что все кончено. Опасности нет.

Мужчина, отправивший в глубокий нокаут пьяного кабана, и сам не меньших размеров. Но, если первый просто жиром заплыл, то этот – мышцами обложился, разрастаясь до размеров человеческой глыбы.

Глотаю ком в горле.

– Он не успел ничего тебе…? – глубоким, хриплым голосом спрашивают меня.

– Нет. Не успел. Вы вовремя здесь появились.

Спаситель кивает, и только тогда я понимаю, что до сих пор не могу отпустить его руку.

– Я Макар, – представляется он, заставляя поймать его взгляд. Темный. Тяжелый. Будто в омут глядишь. Такому взгляду хочется подчиняться. А еще от него мурашки по коже бегут. Первый раз подобное вижу.

Перевожу дыхание, и, наконец отмираю.

– Макар? – усмехаюсь я горько. – Демидов, наверное? – Аська была совершенно права, я не понимала, потому что не видела.

2

Видеть глаза подруги, когда я растрепанная и перепуганная, вернулась в зал вместе с Демидовым, было смешно до нелепого.

По хорошенькому Аськиному личику сначала проползла тень удивления. А потом красные пятна крайнего возмущения.

«Эй! Я же предупреждала – он мой!» – красноречиво транслировал девичий взгляд.