Сложный пациент

Бергман выглядывает из кабинета. Переводит взгляд с меня на Зубареву и обратно.

- Маргарита Андреевна, зайдите.

Вот такая вот у нас очередь, Татьяна Борисовна, ""санитары"" вперёд ""заведующих"".

Прохожу мимо поджавшей губы Зубаревой.

- Карл Ильич, я снова в строю! - кладу перед ним бумаги. - Возьмёте?

- А мы тебя и не отпускали, Рита, - просматривает бумаги. - Я очень рад. И я тебя порадовать хочу, пациентка наша безнадёжная, которую по твоей схеме лечения запустили, химию перенесла хорошо и уже прооперирована, надежда есть!

- А я знаю, Карл Ильич.

- Ну и славно. Так... Ты когда готова выйти? Завтра?

- Нет... Я не могу завтра. Через пару недель, не раньше. А то и через месяц.

Мы решили, пока Марк занимается чистками по делу Омарова особо не отсвечивать в городе. И уехали в пригород. На квартиру Артема. Вот только по важному делу выехали.

- Через месяц? Прекрасно! Исполняющей обязанности заведующего в клиническую иммунологию пойдешь.

- Успею... Спасибо, Карл Ильич, что верили в меня.

Выхожу из кабинет.

Эх, Татьяна, и в иммунологии тебе не обломится!

Сталкиваемся с Чадовым у кофейни в фойе.

- Марго!...

- Горыныч...

Этот огромный добродушный медведь, сгребает меня беззастенчиво за плечи, прижимая на мгновение к себе.

- С возвращением, что ли, в золотой состав?

- Да! А ты откуда знаешь?

- Ты из санитарок разжалована, значит, обратно к нам?

- В иммунологию.

- Чего это твои подчинённые сплетни пускают, что Королева мертвых над усопшим рыдала? - снижая голос шепчет мне. - Лещей развесь там, чтобы языками не мели.

А мне даже не хочется разносить никого. Я просто с облегчением вспоминаю тот момент.

Ну рыдала и рыдала... Кому какое дело?..

- Настоящие аксакалы клинического центра знают, у Шаховой слёзных желез нет!

Хихикаю вместе с Чадовым.

- Как дочка?

Юля его недавно родила.

- Василисой назвали.

Встречаюсь взглядом с Омаровым. Не дождался в машине. Видимо, я долго... Все ещё параноит по поводу безопасности.

Осатанело смотрит на руку Чадова, который по дружески приобнял за плечи.

- Горыныч... - притормаживаю его я, не позволяя Дану въехать на танке между нами.

Делаю шаг к взорванному Омарову, перехватывая и обнимая за пояс.

- Данияр... познакомься, это коллега мой, Борис.

Чадов тянет руку.