Избранница мятежного генерала

Чёртова Элена! Не язык, а ядовитое жало! Какого дьявола ей просто не помолчать? Зачем провоцирует меня?

— У тебя всё в порядке? — послышался из-за двери встревоженный голос Ханн. — Элена выбежала отсюда так быстро, как будто за ней вновь гнались имперские псы.

— Всё просто прекрасно! — злобно рявкнул Иль Кан и, слегка успокоившись, добавил, обращаясь к самому себе. — Всё, хватит! Вырву её из своего сердца, даже если придётся вырвать само сердце из груди.

Глава 72

Элена уже не помнила, как добралась до постели.

Сильная усталость перевесила её переживания по поводу разговора с генералом и она заснула, едва коснувшись подушки.

Из глубокого сна её вырвал громкий, настойчивый стук в дверь.

— Открыто, — сонно протянула Ханн.

Сарайя молнией влетела в комнату девушек и возбуждённо затарахтела:

— Просыпайтесь! Жизнь продолжается!

— Потише, Сарайя, — недовольно прервала Элена охотницу. — Что случилось?

— Случился вечер, Элена, и через час нас ждет ужин с хозяевами поместья. Сетия принесла нам платья.

Она такая милая и доброжелательная! Сказала что нам надо отдохнуть от походной одежды, и что красивое платье — отличный способ поднять себе настроение. Кстати, Ханнала, вот тебе отличный шанс произвести неизгладимое впечатление на Кая. Платье, причёска, игривый взгляд — и он у твоих ног. Хватит ему уже тосковать о Лине.

— Ты слишком бодрая, Сарайя, — зевая ответила Ханн, вставая с кровати. — Откуда в тебе столько энергии?

— Я тут такое услышала, что сон как рукой сняло, — глаза охотницы горели от возбуждения.

 — Представляешь, Элена так разозлила нашего лидера, что он до сих пор не может успокоиться.

— Слышать о нём не желаю, — недовольно проворчала Элена, но любопытство всё же пересилило. — Хотя нет, говори.

— А что она сделала? — спросила Ханн.

— Мне рассказал Мунхо, — заговорщицким тоном произнесла Сарайя. — Элена влетела без стука в мужскую купальню и застала генерала с молодой служанкой. В порыве ревности, она вышвырнула бедняжку прочь! Не знаю, что она наговорила Иль Кану, но когда он вышел из купальни, то был бледный как мертвец.

Мунхо так и сказал: лица на нём не было. И его угрозы зашить ей рот суровыми нитками были самыми безобидными из всего потока проклятий.

— Сарайя, тебе точно Мунхо это сказал? — возмутилась Элена. — Всё было не так!

— Ещё красочнее? — охнула Сарайя. — Жду не дождусь услышать из первых уст!

Элена вздохнула и рассказала обо всем, что произошло, умолчав лишь о самом конце разговора.