Из ледяного плена

Студенты и преподаватели стекались в учебное заведение с восьми утра, и это время для дневного охранника было довольно напряженным. Конечно, никаких особых происшествий здесь отродясь не происходило, но к своей работе Иван Федорович относился ответственно.

Времена нынче неспокойные, так что лучше смотреть в оба, чтобы вовремя заметить потенциального злоумышленника в плотном людском потоке. Глаза от напряжения уставали и начинали слезиться. То ли дело дежурить ночью, когда все давно разбрелись по домам. Как говорится, солдат спит, служба идет, денежка капает.

Ладно, дневная смена у него только завтра, а сегодня, отлично выспавшись, Иван Федорович предвкушал, как передаст вахту Витьку и отправится домой, куда сегодня должны были привезти внуков. Шестилетнюю Маньку и пятилетнего Ваньку, названного в честь деда, он очень любил.

Натянув куртку, Иван Федорович вышел на крыльцо и всей грудью вдохнул прохладный октябрьский воздух, уже слегка пахнущий морозцем. Температура еще стояла плюсовая, но на предстоящей неделе обещались заморозки.

Придя к подобной философской мысли, Иван Федорович поежился, поднял воротник куртки и шагнул с крыльца на тротуар, чтобы пройти по привычному для себя маршруту. Со вчерашнего вечернего обхода ничего, разумеется, не изменилось, но работа есть работа, и выполнять ее нужно качественно, согласно инструкции.

Еще не рассвело, горели уличные фонари, освещая мокрую шелуху увядающей листвы под ногами. Бодро шагая по дорожке по направлению к видневшемуся зданию соседней школы, Иван Федорович прикидывал, нужно ли по дороге домой заехать в магазин, чтобы побаловать внуков чем-нибудь вкусненьким.

Он знал, что жена с утра затеется варить борщ и готовить котлеты с пюре, до которых внуки были весьма охочи. Но еда есть еда, а детям хочется чего-нибудь бесполезного, но вкусного, того, в чем их ограничивают родители.

"Впереди виднелся забор, у которого сквозь предрассветную мглу темнело что-то непонятное. Какой-то тюк, что ли. Иван Федорович подошел поближе и не поверил собственным глазам. Темная мешковатая груда оказалась не тюком тряпья, а привязанным к забору человеком. И только подойдя к нему вплотную, охранник Иван Федорович Базыкин понял, что перед ним труп.