Испытание добродетели

Консьерж внимательно просмотрел документы визитера и сказал, что госпожа Монахова уже успела предупредить его о скором появлении гостя.

Дронго поднялся на шестой этаж, позвонил и довольно долго ждал. Наконец-то дверь открылась.

Тамара стояла бледная, с темными кругами под глазами. Она выглядела даже еще хуже, чем несколько дней назад.

Женщина была одета в черные брюки и темно-серый джемпер. Она собрала волосы в пучок и снова зябко ежилась, как будто ей было холодно.

— Входите, — разрешила Тамара и прошла в гостиную.

Дронго прошагал следом за ней, устроился на уже знакомом диване. Тамара снова уселась в углу, глядя на гостя потухшими глазами. Наступило неприятное молчание.

— Я была уверена, что вы снова придете, — проговорила женщина через какое-то время. — Как только вас увидела, все сразу поняла. Вы будете говорить или молчать? Я даже не знаю, что хуже.

— Буду говорить, — мрачно сказал Дронго. — Я успел побывать в больнице, где вы потеряли ребенка и наблюдались перед этим…

— Я знаю, — сказала женщина.

Дронго было понятно, что она держится из последних сил.

— Там я узнал о вашей болезни, — достаточно жестко произнес он.

Тамара знала, что Дронго полностью в курсе ее проблем, но все-таки не ожидала этих слов. Лицо ее дрогнуло, обмякло. Она отвернулась и громко, в голос, заплакала.

Дронго поднялся, прошел на кухню, налил в чашку кипяченую воду из чайника и принес хозяйке квартиры, которая все еще плакала.

— Выпейте, — предложил Дронго.

Она оттолкнула его руку и сказала:

— Не нужно.

Он поставил чашку на столик рядом с ней и прошел на свое место.

— Значит, вы все знаете, — заявила Тамара и вздохнула. — Так о чем нам еще говорить?

— Я вам сочувствую.

— Не нужно. — Женщина поморщилась. — Вы ведь не психолог, а сыщик. Вы обязаны найти и изобличить убийцу, а не вытирать женские слезы.

— Я вижу свою миссию несколько иначе. Моя задача — помогать людям. Всем, кому еще можно.

— Так вы думаете, что я в числе тех, кому еще можно помочь?

— Не знаю, — откровенно признался Дронго.