Индиана Джонс и королевство хрустального черепа

– Хватайтесь друг за друга! – заорал Инди.

Они бросились навстречу друг другу, сцепившись в одно целое: Инди, Марион, Матт, Оксли.

В следующее мгновение их захлестнул водяной поток и, подхватив, понес вверх по прозрачной кварцевой шахте.

Инди и представить не мог, какой силы окажется напор. Их несло все быстрее и быстрее. Крутило. Вертело. Стены проносились мимо с головокружительной скоростью. Вместе с ними несло всевозможные обломки и осколки. Инди успел заметить промелькнувший рядом полуобгоревший скелет.

Наконец их выбросило из шахты на гребне огромного водяного фонтана и с силой швырнуло на горный склон. Потеряв друг друга, они прокатились вниз и замерли на одном из просторных уступов скалы.

Промокший и продрогший, Инди кое-как ощупал себя: руки-ноги были целы, но сил подняться не было. Единственное, что он смог, это подцепить валявшуюся рядом шляпу и нахлобучить ее на голову.

Оказалось, что водяная струя забросила их на одну из скал, которые кольцом окружали долину, где среди джунглей затерялись городские развалины.

Минуту спустя к нему подползла Марион, тоже промокшая до нитки. За ней подтянулся и Матт. Благодаря энергии юности, не такой уж и уставший. Его лишь слегка покачивало, да бледен он был, словно его только что вырвало. Оксли, в своем мокром пончо, лежал распластавшись, не в силах пошевелить даже пальцем.

Инди махнул профессору рукой и сказал:

– Погляди-ка туда, Гарольд.

Оксли через силу поднялся, сел и посмотрел туда, куда показывал Инди.

С высокого горного плато, на котором они оказались, открывался прекрасный вид на долину. Посреди древних развалин величественно возвышался Каменный Храм. Огромная пирамида, не подвластная времени, простояла не одно тысячелетие, но теперь ей, похоже, пришел конец.

Громадное сооружение начало крошиться, разваливаться на части. Стены пришли в движение, тяжелые гранитные плиты покрывались трещинами и бороздами, ломаясь, словно кукурузные крекеры.

Инди с ужасом представил себе, что еще немного, и гигантские трещины избороздят всю долину. Так оно и вышло. Как только храм развалился на части, древний город начал хлюпать и булькать, как огромная квашня. Здания рушились до основания, дороги трескались и проваливались. Все пришло в движение.