Проиграем?

Связываться с наркоманами и алкашней – себя не уважать.

– Я не наркоманка.

– Пока еще нет. Ты куда собралась, – как только я пытаюсь встать, Зорин тут же укладывает меня обратно.

– Мне надо переодеться. Я вся мокрая."

"– Не страшно. Ты сейчас покатаешься по отделениям. Пока твои анализы будут готовиться, как раз узнаем, что у тебя с головой и другими жизненно важными органами.

– Никуда я не поеду. Со мной все нормально.

– Я не спрашиваю тебя чего ты хочешь. Я говорю – ты делаешь, – грубо произносит он.

– Не надо мной руководить.

– Да, ты детсадовка. Школьники всяко поумнее будут. Ни ума, ни здравого смысла. Дура, одним словом, – и так обидно стало после этих слов, что я, не раздумывая, ляпнула первую пришедшую на ум мысль.

– Да иди ты в задницу.

– В твою? В качестве эксперимента можно было бы попробовать, даже интересно быть везде первым, но я все же за классику. Поэтому воздержусь от столь интересного предложения.

– Фу, – хватаюсь за голову, как только в висках простреливает острая боль.

– Фас, – протяжно произносит Зорин. – Ты сейчас едешь на обследования.

Даже если бы я хотела спорить, то ни моральных, ни физических сил на это нет. Я все же закрыла рот и стала послушной «детсадовкой». Никогда за свои почти двадцать два года я не проходила ни одного обследования. Максимум – сдавала кровь. Сейчас же чувствую себя подопытным кроликом. И очень напрягает то, что рядом Зорин. Не хватает еще слухов, что он возится с какой-то медсестрой.

К вечеру я была настолько измотана, что все, чего мне хотелось – это спать.

– Можно мне домой? – наконец решаюсь нарушить гнетущую тишину. – У меня все нормально, ты же видишь. Гипонатриемия – это несмертельно. Леша? – нехотя, но он все же отрывает взгляд от бумаг и переводит его на меня.

– Я отвезу тебя.

Я ожидала услышать что-нибудь обидное, но уж точно не спокойное «я отвезу тебя». Казалось бы, все, он успокоился и все обошлось, но это было ровно до того момента, пока мы не поднялись на мой этаж.

– Я зайду, – произносит Леша, как только я хватаюсь за ручку двери.

– Не надо. У меня соседка дома.

– Я зайду, – настойчиво повторяет он.

И стоило только ступить в мою комнату, как Зорин снял маску напускного спокойствия и, совершенно не стесняясь, начал копаться в моем шкафу. Сил на то, чтобы препираться – нет. Я молча наблюдаю за тем, как он роется везде.