Инь, янь и всякая дрянь

Зина осталась стоять в полном ужасе – ни разу за все годы брака Вася не поднимал на нее руку.

Спустя минут сорок Василий вернулся на кухню и сказал:

– Зина, прости, я не знаю, что на меня нашло.

– Ладно, – прошептала жена, – сама виновата, забыла про компот.

– Поехали! – приказал муж.

– Куда?

– Мы еще успеем на рынок.

– Нам продукты не нужны.

– Хочу на вещевой смотаться.

– Да зачем?

– Надо, собирайся, – велел Вася.

Он привез жену на толкучку и купил ей… шубку.

– Вася, – залепетала Зина, когда супруг накинул ей на плечи норковое манто, – с ума сошел?

– Стыдно в драповом пальто ходить, – улыбнулся Василий.

– Ерунда, Васенька, – залепетала та. – Может, без шубы обойдемся?

Но муж настоял на своем, и Зина вернулась домой с обновкой. Неделю потом Зине казалось, что у нее медовый месяц. Впрочем, даже спустя день после свадьбы Василий не был столь внимателен к жене.

В тот роковой день Василий сказал жене:

– Съезжу к Серафиме.

Зинаида, у которой почти перестала болеть рука, воскликнула:

– И я с тобой!

– Нет, – отказал муж.

– Почему? – удивилась она. – Я давно не видела Симу, хочу с ней поболтать.

– Я потом рассчитываю на рынок заехать, – объяснил муж, – надо моторчик для «дворников» купить, ты устанешь по рядам ходить. А в машине жарко сидеть, там стоянка без навеса, тени не найти.

– Я отлично себя чувствую! – настаивала на своем Зина. – Можно знаешь как поступить? Оставишь меня с Серафимой, мы поговорим, погуляем, а ты тем временем на толкучку скатаешься. Идет?

Василий посмотрел на супругу задумчиво.

– Зин, я не хотел тебя раньше расстраивать… Понимаешь, Серафима совсем плохая стала. Была вроде бойкая, веселая, но как-то внезапно обезумела. Я хочу с врачом договориться, чтобы ее в отдельную палату перевели. Не надо тебе туда ездить, только расстроишься. Уж поверь, зрелище не из приятных. И не узнает она тебя, сидит на лекарствах, одурманенная.

– Ладно, – прошептала Зина, – раз так, не поеду.

– Вот и хорошо, – кивнул муж.