Их новогодний подарочек (СИ)

В смысле? О чем они? Превозмогая всю себя, мне все-таки удалось выдавить из себя четкое, не обращая внимания на пошлые мысли:

—Не понимаю.

Они сделали из меня нимфоманку, придурочную бабу, помешанную на сексе. Хотя раньше я особо не испытывала восторга от него, ну секс и секс, что мне теперь? Знала бы я, что это кто-то просто не так им занимался, а на самом деле тут есть, из-за чего голову терять.

—Мы о салюте, разумеется, малыш, а ты о чем? —Демид толкнулся грудью в мои лопатки, обжигая такой близостью.

—Да, о чем ты? — Даня опустил руки на грудь, придавливая большим пальцем бугорок, ставший колом.

О чем это я? Едва слышно застонав, я уперлась руками о стол, мечтая, чтобы эта пытка сдвинулась с мертвой точки. Или вперед или назад. О чем? О чем они меня спросили? В голове плавно рассеивался туман, пока мозг пытался вспомнить, что меня спросили. Думай, ненормальная, думай. Твои умственные способности с каждым днем все хуже и хуже!

—Ммм? — промурчав в самое ухо, Демид опустил руки на ягодицы.

Боже, что они творили?

Ну как можно было спокойно это все выносить? Как можно было оставаться в здравом уме и твердой памяти, когда эти двое делали все, чтобы я потеряла разум, чтобы мои растекающиеся мозги никогда не собрались до кучи.

—О чем ты подумала, детка, когда мы говорили о «зажигать»? — Приподняв меня сзади, Демид открыл доступ к трусикам для младшего.

—Я…

Вовремя удалось захлопнуть рот, вот только братьям это не понравилось, они усилили ласки, заставляя меня полыхать и внутри, и снаружи.

Неожиданно спину начали покрывать жадными поцелуями, заставляя прогнуться в пояснице, грудь накрылась так же по-варварски, как и за несколько часов до этого.

Движения между ног ускорялись с каждой последующей минутой моего молчания, а затем все прекращалось. Так продолжалось снова и снова, пока я вся не покрылась липким потом, пока мои обветрившиеся и искусанные губы не начали молить о пощаде, пока глаза не отказались открываться, пока в теле еще были силы, чтобы дать отпор.