Игры героев

Однако тут Илая ожидала досадная незадача: верный меч, рубанув по шакальей голове, срикошетил, будто от камня. Ассасин сумел воспользоваться энергией отдачи, чтобы перенаправить клинок пониже – к коленям бога.

Чашечки выдержали, словно были отлиты из титана (от удара клинком по божественным коленям аж искры полетели), а вот сухожилия лопнули, точно натянутые струны или, если учесть масштабы, скорее, как корабельные канаты.

И Анубис, едва не лишенный мужского достоинства, рухнул на колени, утратив равновесие. Из шакальей пасти донеслось утробное стенание.

Кадык бога, так заманчиво вибрирующий при вое, не выдержал соприкосновения с остро заточенной сталью. Какой бы спелл ни наложил Анубис на свой скелет, на хрящи и кожу тот не действовал: перстевидный хрящ и трахея, рассеченные мечом Илая, открылись, точно раковина-жемчужница под ножом ныряльщика, орошая окрестность фонтаном ярко-алой крови.

Вой Анубиса перешел в хрип, потом – в бульканье, потом окончательно стих.

Илай опустил меч и улыбнулся мне.

Со смертью Анубиса мир не рухнул и зомби не прекратили атаку. Обидно будет, если они возьмут нас числом.

– Излучатель! – крикнул Илай. – Сдержи их!

Легко сказать – сдержи.

Хрустальная смерть всем хороша, но не подставляться же под действие самому!

Первым до меня добрался зомби-орк – зеленая кожа в язвах и гнойниках, подернутые пеленой глаза смотрят в одну точку.

Следующими оказались пара эльфов-близнецов. Пошатываясь и едва не падая, истощенные остроухие ребята попытались взять меня в клещи, но оказались слишком медлительны для этого. Первого я рубанул под коленки, отсекая лодыжки от тела, и пока безногое тело, урча и булькая, пыталось ползти, отоварил второго ударом сверху вниз – черепушка лопнула, как перезрелый арбуз.

Дальше стало веселее. Тролль, гном, карлик и кобольд в белой хирургической форме добрались до меня почти одновременно.