Игры героев

Забудьте, он не при делах и не важен.

Некоторое время собеседник глядел на меня, постукивая пальцем по планшетнику, а потом вдруг улыбнулся."

"– Тебя разрабатывал целый отдел. И я – начальник этого отдела, поэтому сейчас минута моего триумфа. Позволь уж мне немного насладиться… Кстати, моя самая любимая из твоих операций – взятие Закрытого города. Когда ты в роли варвара поступил в услужение охранником к караванщику, племяннику Тайного Властителя, больше года странствовал с караваном по Киммерии, прокачался до невообразимых высот, вложив пятнадцать тысяч реальных евро, практически в одиночку зарубил рогатого дракона, заполучил в петы огненного пустынного демоненка и, по сути, возглавил охрану каравана.

Я помимо воли улыбнулся, вспоминая те деньки. Жаркое солнце Киммерии, мосластые, накачанные по самое «не могу» варвары (и я – самый накачанный, здоровый, как три быка), грудастые киммерийские бабы, кривые самаркандские клинки, сторожевые башни между скал, лязг мечей и ржание песчаных скакунов… Отвязное было дело, не такое громкое, как в Сфере, но рисковое и захватывающее. Принесло сто тысяч евро от самаркандского хана плюс на полтинник лута.

– Но к делу, – вернул меня к действительности голос Степана Григорьевича. – За три года ты заработал около полутора миллионов евро. Вирт-недвижимость: особняк на Золотой улице в главном мире Сферы, два магазина в Любече в Аномальных землях, небольшой действующий рудник в Вальдире, где постоянно трудится наемная бригада гоблинов, в реале – трехкомнатная в Москве, сдается в аренду, и домик на Кипре… где ты ни разу не был. И на хрена он тебе? Ты его даже не сдаешь.

Я прикрыл глаза. Всё знают. И ведь это даже не ФСБ – АВП. У них прямой контакт с международным Виртполом. А значит, они могут выйти на администрации вирт-миров и через выписанные Виртполом ордера конфисковать всю мою недвижимость в онлайне… Почему «могут» – наверняка уже это сделали. Еще через Интерпол пробили конфискацию кипрской недвиги, квартира в Москве – вообще легкое дело…

– Слушаю ваше предложение, – сказал я.