Тест на отцовство

Кусает обветренную губу, словно собираясь ещё что-то сказать. Но не говорит. Молча разворачивается и уходит.

А я остаюсь.

С шумом в ушах...

С развороченными внутренностями...

С больным Робертом...

С пониманием, что поехать за Чадовым я не смогу!

И с ещё более болючим осознанием, что ""не единственная"". Зачем мне бежать за ним тогда?.. Если я заменима, он заменит меня рано или поздно.

Я захожу обратно, и прямо в пальто ложусь на диван в гостиной.

Живот превращается в твердый камень. Задыхаюсь...

Стыдно так убиваться.

Я уговариваю себя, пытаясь притормозить подкатывающую истерику. В которой мне хочется проораться.

Нет-нет... Я не могу такого позволить себе.

Дышу-дышу... Кислорода нет.

Мне стыдно, но я не могу встать. Я не знаю зачем мне вставать...

Но надо, надо, надо...

Сжавшись, на автомате как зомби слушаю кардиолога, киваю, киваю...

- Конечно... Обязательно...

И внутри меня переливается всеми цветами ненависть к Робу и сочувствие.

****

Мне кажется, я слышу, как капает в мою вену раствор. На работе мне стало плохо. Медсестры быстро увезли меня в нашу гинекологию. Кровотечение...

Вокруг суетятся медики.

А мне всё равно. Я даже рада. Потому что это возможность не выполнять мои ежедневные повинности, никого не раня.

Да и Роберту уже чуть лучше.

И я тупо смотрю в белый потолок, даже радуясь, что оказалась здесь.

Закрываю глаза. По-детски фантазирую, что Чадов обязательно узнает. И прилетит... Будет рядом... Переживать, признаваться в любви и рычать на персонал, что они не торопятся помочь мне.

Но в белом халате заходит не Чадов, а Роберт.

- Юленька...

- Ты зачем встал? - шевелю онемевшими губами.

- Да ты что??... Девочка моя... - сжимая мою кисть, прижимается губами.

Рычит на медсестер, что они криво вкололи иглу в вену, что поставили не тот препарат. И вообще положили не в ту палату.

- Роб, давай без нервов... Все нормально.

- Роберт, можно тебя, - выводит его одна из коллег.

Они долго шепчутся в коридоре, перебирая бумажки с анализами.

Молоденькая медсестра щебечет что-то мне.

- Прогестерончик поставим и всё будет хорошо.

- Прогесте... - во рту пересыхает. - Зачем мне?

- Ну как же...

- Ольга, идите, я сам, - отбирает у нее все Роберт.

Втыкает мне в баллон препарат. Присаживается рядом. Гладит кисть.