Игра в кубики

Митин подтянул в дело своих друзей детства – Ивана Пострельцева и Павла Никулина. Через год Репа погиб при весьма забористых обстоятельствах. Не слышали? – Полина поморщилась, вспомнив рассказ Чумаченко об этих событиях, а Лев отрицательно кивнул. – О, это было интересно. Простите, Полина Дмитриевна, но я перескажу. Репа купил новенький «Кадиллак», прямо из Америки привезли. И на этом прекрасном автомобиле в воскресный день отправился в церковь. Вы ведь знаете, что людоеды обычно очень сентиментальны, любят благостных старушек на паперти и всякого рода служителей культа деньгами одаривать в престольные праздники? Ну, вот как раз на Пасху это и случилось.

Репа ушел в церковь, а в его машину киллер от конкурента, бывшего «афганца» Котельникова, при помощи одного из охранников положил полный «дипломат» тротила. Рвануть хотели, когда Репа от церкви отъедет – ну, тоже ведь те еще верующие, не хотели гневить… ну, неважно. В общем, так, может, все и было бы, да вдруг Репе показалось, что он тачку модную на сигнализацию не поставил. Короче, вышел Репа на крыльцо, щелкнул кнопочкой, а сигнал наложился на сигнал телефона, при помощи которого киллер должен был взрывное активировать. И – бабах! Репу натурально с деревьев соскребали, руки-ноги по одной стаскивали, а голову нашли аж через дорогу. Вот такая ситуация вышла.

Полина поежилась, представляя, как выглядело место происшествия.

Лев, спокойно слушавший это, вдруг спросил:

– А с чего решили, что это киллер был от Котельникова?

– Во-от! – подняв вверх палец, протянул Чумаченко.

 – И я тоже так говорил, потому что хорошо Котла знал – он бы иначе все обставил, и точно бы так не обделался. Не было никакого киллера. Свои Репу приговорили, и я даже докопался, кто именно. Но прямых доказательств на тот момент не было, только косвенные улики. Но не суть. В общем, Репу похоронили, а завод перешел в полное владение к этой веселой троице – Митину, Никулину и Пострельцеву. Через год вдруг Митина находят повесившимся в собственной квартире. Жена его в тот момент в Греции отдыхала, у его родителей, вернулась – а он уже почти на пол стек, долго провисел, да и лето, жара… В крови ничего не обнаружили, а вот внешний осмотр, понятное дело, уже невозможно было как следует провести. Таким образом… – он многозначительно посмотрел на Полину, и та произнесла:

– Как у Агаты Кристи… осталось двое.

– Верно. Но двое их было совсем недолго.