Идеально неподходящий

Позвольте Вашу руку, — Миру пора найти рыбку на вечер, а то к моей Колючке лапу свою протянул.

— Рада за твою избранницу, — Соня косится на присутствующих и обходит придурка.

Обнимаю её и целую в висок. И снова не сопротивляется. Сейчас по-настоящему, а не как днём. Не знаю, что в хорошенькой головке за идея стрельнула, но в её практически на все согласие я ни на минуту не поверил. Пламя в глазах выдало неубедительность игры. Актриса моя.

— Я Мирон, а моя избранница — ты, — Мир не угомонится никак.

— Она обойдётся, — стреляю Казанове в лицо из детской игрушки.

— Твой друг ко всем так? — спрашивает, когда мы устраиваемся на кухне. Соня ставит свою пластиковую ношу на стол.

— Новая сумочка? — киваю на чемодан. Объяснять про Мирона нет необходимости. Сама поймёт со временем.

Приподнимаю аксессуар. Тяжёлый зараза.

— Аптечка, — поясняет, открывая чемодан, битком набитый блистерами, пузырьками и бинтами. Охренеть. Моя челюсть сейчас познакомится со столешницей. В больницах набор поскромнее.

Соня берёт прохладными пальцами моё лицо и внимательно осматривает. Говорил же в доктора поиграем. Правда, если б чемодан был набит резинками и смазками игра была бы интересней, но выбирать мне не приходится. Пока что.

Мне и без того конкретно нравятся её нежные прикосновения.

— Нормально всё, — говорю, когда она начинает мне глаза проверять. Увлеклась осмотром. Небось в сундуке для больных и фонарик с молотком имеются. Впрочем, если ей нравится таскать это с собой, то я не возражаю.

Оставив моё лицо в покое, она переходит к рукам. Правая рука побаливает и кожа на костяшках слегка содрана. Мой персональный доктор вздыхает и качает головой.

— Сейчас лёд приложу.

Моя заботливая отходит, а я готов попросить льда побольше."

"Мать честная! Она точно издевается надо мной. По приезду в город нам срочно надо в магазин. Сам выберу ей одежду, потому что сама она не справляется. На ""нормальном"" платье два разреза по бокам до самых бёдер. Куда она ходит в этом?

Моя скромница садится на корточки, открывая морозилку, и я вижу её жёлтые, под цвет платья, трусики.

Она прикладывает пакет со льдом к руке с самым серьезным выражением лица, а я таращусь на ложбинку её груди, открывающуюся, когда девушка наклоняется над рукой. Мне бы ещё пару ссадин не помешало, желательно где-нибудь пониже.

— Я возьму, — вытаскиваю упаковку успокоительного из аптечки.

— Бери-бери.