Ядовитое жало

"

"— Очень просто. Через день, через два мы вызовем их по одному и скажем: «Слушай, Андрей, радостную весть— твоя мать жива, она тоже спаслась, хотя и получила сильные ожоги. Завтра ты с нею встретишься — мы решили переправить ее в безопасное место». По тому, как они встретят это известие, можно будет определить, кто из них кто.

— Допустим, — одобрил Серовол. — Но ведь сукин сын может сыграть, что и не поймешь. Такую радость на лице изобразит.

— Пусть играет! — не сдавался Юра. — Но с чужой матерью он встретиться не пожелает: это же будет для него провал.

Следовательно, ночью или при каком‑нибудь другом удобном случае он постарается сбежать. Тут‑то его и надо накрыть.

Серовол подошел к своему помощнику, положил ему руки на плечи. Капитан не скрывал своей радости, глаза его весело, лукаво блестели.

— Юра, ты, брат, молодец. Я тебе устроил экзамен, и ты его сдал блестяще. Вот, допустим, до воскрешения матери Андрея Когута я даже не додумался. А ведь это мысль! В крайнем случае придется так и поступить.

— Как экзамен? Почему? —недоуменно спросил Юра. — Разве вы знали, что явился второй Андрей?

— Конечно, знал. Ведь каждого из них сперва приводили в штаб. Я узнал, что появились два Андрея, и решил проверить, как мой помощник будет действовать при таких обстоятельствах, — не растеряется ли? Не растерялся!

— Да, но ведь я мог… — обиженно начал Юра, уже совершенно разочарованный. — Мог наделать тут…

— Я страховал, Юра, я все предусмотрел на случай, если ты спасуешь. Ошибки не должно было произойти.

Ошибку, как я понимаю, допустил другой, наш враг. Ты слушай и запомни, тебе это знать надо: у немцев появился какой‑то новый начальник, они Гансом его называют. Кличка, конечно, настоящее имя его, я думаю, мы вскорости будем знать. Так вот, Ганс этот развил бурную деятельность, и твои сиамские близнецы, несомненно, дело его рук и фантазии.

— Оба? Зачем же…

— Нет, — возразил капитан, — он готовил одного, готовил, все учитывая и все обдумывая, но, видимо, где‑то просчитался. Один Андрей — это ты правильно определил, — настоящий.

Как получилась неувязка у Ганса, я не знаю, но факт остается фактом. Между прочим, этот Ганс сильно закладывает. — Капитан щелкнул пальцем по кадыку. — Сильнейший мужик по части выпивки. Может быть… с пьяных глаз…

В окно кто‑то застучал кнутовищем.

— Художник! Где Третий?

Тут стучавший заметил Серовола, бросился к дверям и через две секунды появился в хате. Это был боец, посланный на дежурство в один из сторожевых постов.