Я тебя верну

Натянув улыбку, я собираюсь с силами и подхожу к Злате.

Впервые мы оказываемся так близко. На празднике политика переглядывались, а тут...

Удивительно, но Злата ниже меня ростом. Немного, но все-таки. Она всегда казалась взрослой и какой-то чересчур изысканной, сегодня на ней минимум косметики. Простое однотонное платье. Ботинки на плоском ходу. Злата выглядит совершенно обычно, привлекает внимание лишь кольцо, сверкающее на ее безымянном пальце в искусственном освещении.

— Привет, — говорю я бодро. И делаю паузу, как бы спрашивая, что она тут забыла.

— О, Марина, привет! — как будто пугается Злата. Словно не ожидала, что рядом с ребенком окажется мать. — Извини, я не знала, что ты сегодня здесь будешь. Мы с подругой решили встретиться и случайно выбрали этот ресторан.

К своему удивлению, я понимаю, что она оправдывается. И явно нервничает. Боже, нет! Она паникует!

Чувство вины и стыд сжимают запястья, надламывают голос. Я слышу свой собственный, но будто чужой одновременно:

— У меня и мысли не было.

Злате некомфортно, и виной тому, видимо, моя просьба Данилу. Сердце ускоряется. Я абсолютно точно понимаю, что Данил запретил Злате ко мне приближаться. Это слишком. Ощущаю себя сукой.

— Всё в порядке. Я рада познакомиться, — произношу почти весело. Протягиваю руку.

Злата облегченно выдыхает и пожимает мою ладонь. У нее холодные пальцы."

"— Я шла мимо и... — Она улыбается и неловко пожимает плечами. — И решила взглянуть: вдруг тут Мирослава. Одним глазком. Хотелось посмотреть на твою дочку.

Пульс частит все быстрее.

— Я уже пойду, — говорит Злата, вновь неловко засмеявшись. — Забудь.

— Мирослава вон там. — Я указываю пальцем на дочь. — Играет с куклой. Кажется, пытается ее запечь, — произношу, нахмурившись.

Мира действительно пихает пупса в игрушечную духовку, Злата смеется.

— Я тоже долго не умела готовить, — отмахивается она. — Запечь куклу — это еще ерунда! Я узнала твою дочку, Данил показывал фото. Славная. На него похожа.

— Нет, — качаю я головой.

В попытке наладить контакт Злата переходит все границы и начинает лгать.

— Мира моя копия, все так говорят.

— А ты видела детские фотографии Данила? Нет? Я тебе пришлю. На некоторых очень похожа. Особенно взгляд.

Мои щеки обильно краснеют.

— Пришли, интересно, — соглашаюсь, замешкавшись. Это всё последствия взрыва, я была к ним готова, когда рассказывала Миронову правду. Что ж... Решаюсь и окликаю: — Злата, — имя странно звучит вслух, на языке оно мне неприятно. И все же.