Я тебя верну. Настоящая семья для олигарха

Приём делает наша фирма, так что обязательно должны быть учредители. Хорошо бы и Таиру появиться, но он точно не захочет, ведь пока едва стоит на ногах. Постоянно занимается в спортзале с врачом-реабилитологом. Его день расписан по минутам. Лечебные упражнения, бассейн, массаж. Таир делает все, чтобы встать на ноги. Я горжусь его упорством. Иногда даже боюсь немного. Лишь бы не навредил себе.

Дальше набираю Инге. Она уверяет меня, что справится с задачей. После разговора чувствую огромное облегчение. Я правильно поступила.

– Ты очень упрямая, – встречает меня улыбкой Таир, когда спускаюсь вниз, с Матвеем на руках. Малыш вялый, капризничает, щеки красные. Вот-вот должен приехать врач.

– Извини, если я тебя разочаровала.

– Нисколько. Наоборот, я горжусь тобой. Думаешь я хочу, чтобы ты уезжала из дома?

Нет, конечно он не хочет, я прекрасно изучила характер Байратова. Он боится стать зависимым.

– Папа! – Матвей капризно кривит губы, тянется к Таиру. Тот с улыбкой берет его на руки.

– Тише, малыш. Сейчас приедет доктор и все будет хорошо.

– Ты изучил вчерашний контракт?

– Да. Внес довольно много правок. Документ был крайне сырым.

– Я так и думала. Федоров вообще не умеет составлять договора.

– Так уволь его.

– Наверное придется.

– В бизнесе нет места жалости, Марин.

– Я это понимаю.

– И все же ты слишком мягкая.

– Что насчет приема в субботу? – меняю тему. – Пойдем туда вместе?

Байратов не успевает ответить, в гостиной появляется пожилой мужчина с медицинским чемоданчиком.

– Проходи, дорогой. Мариночка, познакомься, это Петр Андреевич. Наш семейный врач. Много лет нас лечит. Очень компетентный и замечательный. Сколько раз с Альбинкой возился! Она по детству постоянно простужалась.

– Ну, Тамарочка, это же неизбежно. Дети постоянно болеют.

– Нет, вот Таир совсем другим был.

– Это да, помню. Разве что руку на футболе сломал. Или нос разбивал пару раз. Воспоминания детства – это прекрасно, но я хочу познакомиться со своим новым пациентом. Здравствуйте, молодой человек, – улыбается Матвею. – сейчас мы тебя послушаем…

Сын закатывает истерику. Пляшем вокруг него целый час.