Я тебя купил

— Нет, — выпаливаю слишком быстро, — меня может отвезти Аид.

Не хочу сидеть взаперти и ждать новостей, а так оно и будет. Они ни за что не возьмут меня с собой и мне придется сидеть несколько часов в этой самой комнате и изводить себя догадками. Будет лучше, если я смогу отвлечься, а поездка в клинику не самый плохой вариант.

— Котенок, — знаю, что он сейчас скажет, потому опережаю его:

— Со мной все будет нормально, рядом будет Аид, — говорю, не дыша и с надеждой смотрю на Сашу.

— Хорошо, соглашается он, я договорюсь, — соглашается он, — позавтракай пока, — добавляет Саша и я понимаю, что он вежливо выпроваживает меня из спальни.

— Только будь осторожен, — шепчу и отстраняюсь. Стараюсь не обращать внимание на зародившуюся внутри тревогу. Они профессионалы и знают, что делают, все будет хорошо.

— Иди, Котенок, — говорит Саша и я выхожу из спальни, повторяя себе, что все будет хорошо, потому что это Саша, я видела на что он способен, к тому же в их распоряжении охрана Демина и люди Графа, сегодня все закончится, обязательно закончится.

***Аид появляется как раз тогда, когда я заканчиваю завтрак. Не сомневаюсь, что Саша уже предупредил его. Оглядываю мужчину с ног до головы, вместо привычного белого костюма — отличительной черты людей Графа, на нем сегодня черная футболка и джинсы.

— Костюм слишком сильно выделяется, — поясняет Аид, видя недоумение проступившее на моем лице, — нам не нужно лишнее внимание.

Кажется, мне действительно не мешает хорошенько отдохнуть, мои мыслительные способности просто никуда не годятся. Конечно, все ведь очевидно, Граф — враг номер один, было бы странно, охраняй меня его человек. А в этой одежде Аид больше походит на охранника Демина, нежели на правую руку Воронцова.

— Ты готова? — спрашивает он. Киваю, поднимаюсь с места, хватаю заранее приготовленную куртку со стула и иду за Аидом. Особняк Демина мы покидаем в сопровождении трех машин охраны. Сначала едем в полной тишине, но спустя пятнадцать минут молчание начинает раздражать, потому что в голову лезут тревожные мысли, отгонять которые становится все сложнее. Понимаю, что накручиваю себя, но ни черта не могу с собой поделать.