Я тебе объявляю дружбу, майор

– Плохо ты думаешь о работниках нашей доблестной полиции, – насмешливо произнес майор. – Не переживай, остались еще в наших рядах дяди Степы и майоры Пронины.

– Ну да, ну да… – скептично пробурчала я себе под нос.

– Пошли, буду тебе доказывать, что фанаты своего дела еще не перевелись, – вальяжно заявил он, аккуратно подхватив меня под локоток и уводя с проезжей части, и очаровательно улыбнулся, гипнотизируя взглядом.

– А может, я Вам на слово поверю, и разойдемся? – робко предложила я, скидывая его руку.

– Ты сбила меня машиной. У меня синяк и психологическая травма, – повернулся ко мне майор.

– Ну простите, что Вы не смотрели по сторонам, когда переходили дорогу! – всплеснула я руками. – И не увидели яркую машину с огромной надписью «За рулем курсант».

– Чашка кофе с пирожными – и я забуду о досадном инциденте, – не сдавался он.

– И примете у меня заявление на Филина!

Умирать – так с музыкой!

– Три обеда в кофейне – и ты забудешь, как он выглядит, – протянул руку майор.

– То есть не хотим исполнять прямые обязанности… – прошипела я. – А как Вас зовут, товарищ майор? – сообразила наконец, что знакомы мы с майором уже намного ближе, чем мне бы хотелось, а имя его я так и не удосужилась узнать.

– Капитан полиции Мирон Демидов, – хмыкнул он.

– Капитан? – удивленно приподняла я бровь.

– А ты знакомишься только с майорами? Мне через пару недель забежать?

– Я вообще пытаюсь держаться подальше от товарищей в погонах, – призналась я.

– И как? Получается? – заинтересованно спросил мой собеседник.

Я и не заметила, как мы дошли до его машины. Капитан полиции Мирон Демидов практически вжал меня в боковую дверь, опершись обеими руками в крышу, и запер в кольце своих рук.

– До встречи с Вами – очень успешно! – мотнула я головой, пытаясь товарища капитана от себя отодвинуть.

Мирон сделал шаг назад, но это меня не спасло. Его руки все еще лежали на крыше черного авто, а я лихорадочно искала пути к отступлению, которых подлый капитан мне не оставил!

– Ну так что? В отделение или на чашку чая? – склонившись ко мне, слишком, непозволительно близко, поинтересовался Мирон.

Его голос вибрировал. Взгляд впился в мои приоткрытые от удивления губы.

Сердце вдруг пустилось в галоп, а по затылку пробежала стая мурашек.

– В отделение, – упрямо выдохнула я, – где Вы примете у меня заявление на Филина!

– Вот упрямая кукла… – уважительно протянул капитан Демидов.