Гридень 3. Экспансия

Была уже непраздная, ехала в Оскол, чтобы там разродиться дитем… — нехотя, выжимая из себя каждое слово, говорил Алексей.

— Половцы? — спросил я.

— Они, — ответил родич. — Два года минуло с того. Тогда и начались распри с князем Игорем Ольговичем. Он запретил месть, видимо, уже тогда планировал решать свои вопросы с помощью половцев.

— Так в Курске же сын Юрия Владимировича Ростовского княжит Иван Юрьевич. С чего бы решает Игорь? — не понял я политических раскладов.

Оказывается, только ради союза с Ростовом Ольговичи отдали Курское княжество в кормление сыну князя Юрия Владимировича.

Еще больше убеждаюсь, что нужна четкая система с выделением не номинального лидера, который ни на что не влияет, а лишь носит титул великого князя, а важно создать единоначалие.

— Я слышал, что Иван Юрьевич Курский сильно заболел и может и преставиться, — добавил родич.

Нужно будет подробнее разузнать о той ситуации, что сейчас в Курске. Этот регион очень важен в том числе и для обороны от половцев и как плацдарм для экспансии на Степь.

— Киев! — прокричали впереди.

Наконец-то добрались.

Въезжать в столицу мы собирались через Золотые ворота, но нас не пропустили.

А умеет эпатировать Климент Смолятич! Таким вот мероприятием он показывает всем, что законный пастырь земли Русской, что паства с ним. Византийцы оставались в Киеве и, скорее всего, продолжали наседать на киевского князя, указывая, что без разрешения Константинопольского патриарха нельзя стать митрополитом Киевским.

Так что входили мы через другие ворота, и сразу же меня направили к великому князю.

— В гостиных дворах располагайся. Там за старшего я оставлял своего десятника Боброка. Найди с ним общий язык. Я к великому князю, — сказал я Алексею.

— Каким важным стал! — усмехнулся дядька Лешко, когда я уже удалялся.

В сопровождении двух ратников, которых выделил десятник стражи на воротах, я отправился на Брячиславово Подворье.