Грей. Кристиан Грей о пятидесяти оттенках

– Почему нельзя смотреть тебе в глаза? – спрашивает она.

– Так принято между доминантами и сабмиссивами. Ты привыкнешь.

Она снова хмурится, и вид у нее страдальческий.

– Почему мне запрещено к тебе прикасаться?

– Потому.

Заставь ее замолчать, Грей.

– Это из-за миссис Робинсон?

Что?

– С чего ты взяла? Думаешь, она меня травмировала?

Ана кивает.

– Нет, Анастейша, не в ней дело. Кроме того, миссис Робинсон не потерпела бы капризов.

– Значит, она здесь ни при чем? – растерянно переспрашивает Ана.

– Да.

Не выношу, когда ко мне прикасаются.

– И я не хочу, чтобы ты трогала себя, – добавляю я.

– Из чистого любопытства – почему?

– Хочу, чтобы ты испытывала наслаждение только от меня.

Вообще-то, я уже сейчас этого хочу. Хорошо бы трахнуть ее прямо здесь и заодно проверить, умеет ли она вести себя тихо. По-настоящему тихо, зная, что нас в любую минуту могут услышать другие посетители или обслуживающий персонал. Собственно, поэтому я и заказал отдельный кабинет.

Ана открывает рот, словно хочет что-то сказать, потом снова закрывает и подхватывает еще кусочек рыбы со своей почти нетронутой тарелки.

– Много информации для размышлений, да? – интересуюсь я, складывая листок с вопросами и засовывая во внутренний карман.

– Да.

– Хочешь, поговорим и о пределах допустимого?

– Только не за ужином.

– Брезгуешь?

– Вроде того.

– Ты почти не ела.

– Мне хватит.

Опять старая песня.

– Три устрицы, четыре кусочка рыбы и один стебель спаржи. Ни картофеля, ни орехов, ни оливок, и без еды целый день.

У нее округляются глаза. Да, Ана, я считаю, что ты ешь.

– Кристиан, пожалуйста, я не привыкла обсуждать подобные темы.

– Анастейша, ты нужна мне здоровой и крепкой, – заявляю я категоричным тоном.

– Знаю.

– И я хочу прямо сейчас сорвать с тебя платье.

– Не самая удачная мысль, – шепчет Ана. – А как же десерт?

– Ты хочешь десерт?

Какой десерт, когда ты не съела горячее?

– Да.

– Ты сама можешь стать десертом.

– Боюсь, я недостаточно сладкая.

– Анастейша, ты восхитительно сладкая, уж я-то знаю.

– Кристиан, ты используешь секс как оружие. Так нечестно."

"Она опускает взгляд на колени, и в ее тихом голосе слышится грусть, затем поднимает глаза и пристально смотрит на меня. Взгляд бирюзовых глаз тревожит… и возбуждает.

– А ведь правда, использую. В жизни пользуешься тем, что умеешь. Но я все равно тебя хочу. Здесь и сейчас.

Я же знаю, Ана, ты не против.